«ТроЛос»(!) — наткнулся на наиболее интересную для меня пачку документов. Счета, счета, снова счета!.. Наконец-то глаза остановились на учредительных документах. Устав — ерунда, общие фразы… состав учредителей — дед Август и батя… а вот копия написанной от руки расписки, в которой батя занимал вложенные в дело средства у моей-Масюниной будущей крестной матери — тогда еще просто бюргерши и соседки Августа Троттена, зато последние семь лет — супруги канцлера Германии…
В своей реальности я привык, что немцы имели какие-то отличия в вере, которые наша православная церковь признавала со скрипом. Но, отвлекаясь на сходство двух миров, постоянно забывал, что живу не у себя, а в другой реальности! Очень много здесь разнилось, но не все отличия удавалось ухватить. В частности, вопросы веры до получения от Нины копии крестильной записи меня никак не трогали.
Если моя крестная мать — жена канцлера, то сам канцлер, получается мой крестный отец? Не зря Младший тогда уцепился за случайную оговорку, сделав правда совсем неправильные выводы… Неправильные с моей точки зрения, но очень правильные с его…
Так и непроснувшийся дом щерился мне вслед темными провалами окон. Бобик тоскливо заскулил, проводив грустным взглядом.
— Прости, псина, не могу я тебя сейчас забрать. Конспирация, брат, понимаешь? — остановился у будки, — Но я заберу тебя. Не сейчас, чуть позже… Веришь мне, брат?..
Не понял и не поверил, ворча прячась в холодное собачье жилище.
Глава 9
— Руслана Евгеньевна!!!
— Михаил!!!
В сердцах бросил трубку, оставляя на уже чиненном корпусе новую трещину.
Девятка стоила как два самолета.
Десятка — как четыре.
Пока мы схлопывали окна со стопроцентной вероятностью, новое поколение машин, как оказалось, никого не интересовало! Такое ощущение, что я один помнил про противоестественную приспособляемость всадников!!! А с промаха Иглы уже прошло три года.
Три года…
Три года, в течение которых мы останавливали всадников все ближе и ближе к себе. 17 из 24000 Жоппера, судя по последним поединкам, — еще не самый худший результат! И дело ведь не в промахах, хотя из-за возросшей скорости чужаков их тоже хватало, а в реальной непробиваемости!
Звонок телефона прервал мои невеселые раздумья:
— Одну модель. Я согласовываю одну пробную модель!
— Спасибо!!!
Воронин был богатым, но далеко не настолько, чтобы на свои деньги обеспечивать обороноспособность империи. Я ему периодически подбрасывал кое-какого дефицита — благо, у владельца «СалемитНикеля» ряд материалов постоянно находился на складе, — но мои управляющие уже начали слать мне осторожные письма, где сетовали, что запрошенные «хотелки» нарушают производственный цикл. С одной стороны — клал я на их послания, а с другой — мои пожелания явно в итоге снизят причитающуюся мне же ежегодную прибыль. Пока — ненамного, но я как-то тоже не чувствовал себя готовым на добровольных началах спонсировать крупнейшее в мире государство! Я за эти миллионы пострадал морально!