Московский «Спартак» — самая популярная команда на просторах одной шестой части суши, был фактически бездомным. А вместо того, чтобы наконец-то построить красно-белый дом, Моссовет занимается тем, что рассматривает проект по перестройке стадиона «Торпедо-ЗИЛ». И рассматривает его на полном серьезе. Само собой, что это была несправедливость!

И эту несправедливость следовало устранить как можно быстрее. Именно поэтому и только поэтому товарищ Трахтенберг и разразился своей большой статьей в «Московском комсомольце».

Но тут, как говорится, нашла коса на камень. И вместо того, чтобы затормозить строительство стадиона, статья Трахтенберга неожиданно помогла. А всему виной новый генеральный секретарь ЦК КПСС Григорий Васильевич Романов, который, помимо того, что был одним из главных консерваторов в руководстве КПСС и сторонником жесткой руки и жесткой линии руководства страны, являлся еще и достаточно эффективным управленцем и, что самое главное, строителем.

Именно при Романове, в бытность его первым секретарем Ленинградского обкома партии, в колыбели революции были достигнуты рекордные, по сравнению со всей страной, темпы строительства.

И темпы строительства не только промышленного, но и жилищно-коммунального. Миллионы квадратных метров жилья были построены именно при Романове. И можно сказать, что благодаря ему. А вместе с этими миллионами квадратных метров в Ленинграде строили и создавали так называемое благоустройство.

Под этим словом понимались не только подъездные пути, тротуары, пешеходные дорожки, газоны, бордюры и детские площадки, но и объекты общего пользования ленинградцами. А именно детские сады, клубы, кружки детского творчества, спортивные залы, бассейны и многое-многое другое.

И когда статья Трахтенберга попала на стол генерального секретаря ЦК КПСС, а как только Романов возглавил партию, он взял за правило лично просматривать газеты, его заинтересовало, что же за барскую усадьбу хочет себе московское «Торпедо». Поэтому, когда он получил проект, пока что черновой, то первую часть, там где речь шла о 40-тысячных трибунах, мачтах освещения, поле с подогревом, отсутствии беговых дорожек и комфортном обзоре со всех точек трибун, точках питания и туалетах, — это всё было для него вторичным.

А вот планы по использованию подтрибунных помещений просто очаровали Романова, потому что ему как технократу и строителю очень понравилась сама идея превращения стадиона на Восточной улице в центр притяжения для культурной жизни целого района столицы. Тем более что это в принципе соответствовало тому архитектурному направлению, в котором развивался его родной Ленинград, да и вся страна тоже.