— Слушай, Заваровна, — передразнила Катя Ольгу, — как будто тебе сильно хуже. Сколько у твоего Сашки контракт? Меньше чем у Славки, но не на порядок. А если о доме говорить. Вон на соседней улице один продаётся. Покупайте и будем друг к другу на чай ходить.

— А вот возьмём и купим.

— И купите.

— И купим!

* * *

Монтсеррат Пуиг приехала через три дня.

Невысокая, подвижная женщина лет сорока пяти с короткой стрижкой и внимательными карими глазами. Одета просто, но дорого — Катя давно научилась различать. Льняной костюм песочного цвета, минимум украшений, качественная кожаная сумка.

Мишель приехала вместе с ней — как обещала, для моральной поддержки.

— Сеньора Сергеева? — Монтсе протянула руку. — Очень приятно. Мишель много о вас рассказывала.

Катя пожала ей руку. Рукопожатие было крепким, деловым.

— Взаимно, — ответила она по-испански. — Давайте говорить на испанском. Мне нужна практика.

Монтсе подняла брови, посмотрела на Мишель.

— Ваш испанский хорош, — сказала она, переходя на английский. — Но если вам удобнее, можем говорить по-английски.

— Нет. На испанском, пожалуйста. Для меня это важно.

Монтсе улыбнулась — впервые за всё время.

— Мне нравится. Женщина, которая знает, чего хочет. Хорошо, говорим на испанском.

Мишель тихонько показала Кате большой палец.

Они пошли по дому. Монтсе смотрела, трогала стены, измеряла окна какой-то хитрой рулеткой, фотографировала углы и проёмы маленьким фотоаппаратом. Что-то записывала в блокнот мелким убористым почерком.

В гостиной она остановилась надолго. Смотрела на камин, на потолок с балками, на окна.

— Хорошие кости, — сказала она наконец. — Дом построен грамотно. Ничего ломать не надо, только наполнять.

— Наполнять?

— Мебель. Свет. Текстиль. Жизнь. — Монтсе повернулась к ней. — Скажите, сеньора, как вы хотите себя чувствовать в этом доме?

Катя растерялась. Её спрашивали не про стиль, не про цвет — про чувства.

— Я хочу… — она подбирала слова, стараясь не сбиться на русский. — Хочу, чтобы это был дом. Не музей. Дом, где живут настоящие люди. Где ребёнок может ползать по полу. Где не страшно что-то разбить.

Монтсе кивнула, записала.

— Что ещё?

— Свет. Здесь столько солнца… Хочу, чтобы оно было везде. Не прятаться за тяжёлыми шторами.

— Отлично. Ещё?

Катя задумалась. Что ещё она хочет?

— Тепло, — сказала она наконец. — Не температура. Ощущение. Хочу возвращаться сюда и чувствовать себя дома. Чтобы было… хорошо.

Монтсе улыбнулась шире.

— Сеньора Сергеева, с вами приятно работать. Вы знаете, чего хотите, хотя думаете, что не знаете.

Она записала что-то ещё, потом подняла глаза.