Описывая это в деталях, он рассказал мне об этом огромном доме на окраине города, о своих различных друзьях и партнерах, которых он хотел бы пригласить, о типе вечеринок, которые они устраивают в таких домах, о полностью оборудованной игровой комнате, которая прилагается...
Я была заинтригована. Немедленно. —Да! — взвизгнула я в ненужном голосовом сообщении, которое определенно могло бы быть текстом.
Данте нервно волновался перед нашей банкетной вечеринкой — он говорил мне об этом, — но я была очень взволнована.
Формы согласия были подробными. Мы все знали, что было на столе, правила участия. Игра была установлена; все, что оставалось, — играть в нее.
— Мы вообще знаем, во что ввязываемся? — спрашивает Данте, подозрительно оглядываясь. — Кажется, мне нужно снова в туалет.
— Иди. Я буду у Алессио. — Я быстро целую его, шлепая по заду, когда он уходит.
Я нахожу Алессио у бара, и он ведет меня к диванам снаружи на террасе, чтобы насладиться невероятным вегасским закатом, окрашивающим небо в розовые и оранжевые тона — на этот раз не с балкона пентхауса.
— Твой бокал пуст,cara , давай это исправим. — Он делает глоток из моего бокала, допивая его сам, прежде чем взять новый с плавающего подноса, который появляется по одному щелчку его пальцев.
— Ты пытаешься напоить меня, чтобы воспользоваться мной? — Я провожу пальцами по его паху, прослеживая контур его члена.
Алессио смеется, наклоняясь для поцелуя. — Мы оба знаем, что мне не нужно поить тебя для этого.
— Это правда. Хотя ты должен быть осторожен, я теперь миссис Данте Фера... Мой муж может приревновать. —Мой муж . У меня никогда раньше не было мужа. Мысль забавна. Все это все еще кажется таким новым.
Шут усмехается. — Я до сих пор не могу поверить, что ты взяла его фамилию. Вот вам и феминизм.
— Зачем быть очередной Мэттьюз, когда можно быть Королевой империи Фера? — Я подмигиваю ему, моя рука все еще на его паху. — Это моя судьба.
— Справедливо, дорогая Даника, справедливо. Хороший улов, да?
— Лучший, — сияю я, глядя на новое кольцо на моем пальце. — Ты ревнуешь?
— О нет, я не о ревности. У меня лучшая сделка; я все еще получаю вас обоих.
— И ты не хочешь кого-то только своего? — Как ни странно, у нас никогда не было этого разговора раньше. Наше время вместе всегда так ограничено, так торопливо, так лихорадочно от нужды и похоти.
— Ты знаешь, я анархист в отношениях; такие вещи меня не привлекают. Мне нужна моя свобода. Одна мысль о созависимости достаточна, чтобы у меня появились седые волосы. — Алессио смеется.
— Так ты просто трахаешь всех подряд?