…Разговор оказался довольно коротким и очень информативным. Аполлон Теософович Квашня мало чего знал о магии и детях-волшебниках, но человеком был здравомыслящим. И — в самом деле Лёшкиным другом, хотя Аркадий почти уже решил, что это просто предлог встретиться с отцом.

Приехав в Лиманион вместе с дочерью, Квашня столкнулся с информационной блокадой. Если Афину Аркадий пригласил в госпиталь и поговорил с ней еще первого числа, то на ее отца распространить приглашение он даже не подумал. Не подумал об этом и Кузнецов, хотя оба они знали о присутствии Квашни в столице. Но как-то списали со счетов. В итоге престарелый магистр солнца сидел в номере гостиницы, время от времени названивал дочери по телефону, получая одинаковые ответы «со мной и Кириллом все хорошо, ничего не могу тебе рассказать, папа, езжай домой, я еще задержусь».

Не дождавшись вменяемой информации и тревожась за дочь, Квашня начал обзванивать тех из своих бывших знакомых и сослуживцев, которые могли обладать хоть какими-нибудь сведениями. Ну и вышел на некоего «знакомого знакомого», который пригласил Квашню на встречу в укромный ресторан.

— Посидели мы с ним сегодня в обед, — хмуро рассказывал Кириллов дед. — Я думал, он военный, а это какой-то мутный тип, чиновник, да не кадровый, а из выборных. Самый поганый сорт. Крутил, вертел чего-то. Ну и говорит, что есть, мол, в Службе поддержки детей-волшебников какая-то Программа, вся из себя засекреченная, что курирует ее Служба внутренней безопасности, а занимается ею некий Аркадий Весёлов. И что детей-волшебников, которые участвуют в этой программе, периодически вызывают в военный госпиталь на Командора Гарина в Лиманион. Возможно, для каких-то экспериментов. И что эти дети-волшебники потом долго не живут.

Аркадий почувствовал, что настало время выкручивать все наработанные годами и десятилетиями навыки самоконтроля на максимум.

— Поразительная информированность, — с приятной (отработанной в зеркале) улыбкой сказал он Квашне. — На самом деле все примерно так и есть. С некоторыми нюансами.

— И где мой Кирилл? — хмуро сказал Квашня.

— Думаю, сейчас как раз занимается теми самыми экспериментами под наблюдениями врачей, — хмыкнул Аркадий.

— Ах ты!.. — Квашня все-таки начал подниматься с кресла.

— Спокойно, магистр! — рявкнул Аркадий, вставая тоже. — Я не причинял вашему внуку ни малейшего вреда! И не причиню. Во всяком случае, намеренно. Эксперименты, о которых идет речь — поиск методов магического оздоровления организма!

— И что⁈ — нахмурил массивные брови Квашня.