Ну… Не знаю насчет дедушки. Я понятия не имею, о чем там у них с мамой был конфликт, но маме верю как-то сильно больше. К нему поэтому отношусь с подозрением. Но посмотрим.

В итоге Лёвка и Лана все-таки всех утащили: Лёвка как самая рассудительная заметила, что чем быстрее они улетят, тем быстрее я смогу начать разбираться со своими загадочными делами и вернуться в замок. А Лана сказала, что, судя по тому, как я выгляжу, я вот-вот спать свалюсь прямо на крыше. Ксюша немного поворчала, что они вообще-то могут остаться со мной и встретить Новый год прямо тут — «А что, салюты хорошо видно». Услышав про салюты, заторопилась и Рина: «Ты что, небо будут перекрывать от всего транспорта — а тут мы! Неудобно. Среди детей-волшебников не принято летать над столицами в праздники! Полетели обратно в Челюсти, там тоже фейерверки, и плюс еще фирменная лазанья!». Ксантиппа ее поддержала.

Фирменная лазанья на Ксюшу подействовала, и она все-таки перестала упрямо цепляться за идею встретить Снисхождение вместе. И слава Творцу, а то я, честно говоря, уже даже не знал, чего я хочу больше — есть или спать.

Кстати говоря…

Поглядев на часы, я обнаружил, что было всего только семь часов вечера. Охренеть, всего двенадцать часов, как я сел на первый поезд! Быстро все завертелось.

В Ордене тоже есть примета «как встретишь Новый год, так его и проведешь». Очень надеюсь, что в моем случае она не сработает! А то я дам дуба еще до истечения следующих двенадцати месяцев — от такого-то темпа.

Но, когда я спустился с крыши, отправиться в столовую и пожрать еще мне не дали. Меня поймал тот самый полузнакомый сутулый врач, Валерий Иванович, который вместе с доктором Романовой и медсестрой Клавдией Рашидовной должен был входить в операционную бригаду Аркадия.

— Всадник Ветра, здравствуйте, — поприветствовал меня врач. Тут я рефлекторно дернулся: показалось, что за неактуальное обращение мне сейчас прилетит от Проклятья… Но нет! Не прилетит! Я отключен от этого механизма, могу называться хоть Всадником Ветра, хоть Ветрогоном, хоть Владыкой Всего Сущего — было бы желание! Это и значит свобода.

— Аркадий Андреевич попросил меня взять у вас анализы, — продолжил Валерий Иванович. — А вам, соответственно, передал через меня просьбу покориться медицинскому осмотру. Дело нескольких минут, давайте, пока мы оба еще на ногах стоим, займемся.

— Вы же как раз его оперировать должны? — с нехорошим предчувствием спросил я. — Вы анестезиолог, да?

— Так операция уже закончилась. А я действительно анестезиолог, но долгое время служил на Болосе — там, знаете ли, нельзя позволить себе роскошь узкой специализации. Так что могу выступить и врачом общей практики, особенно в такой рутинной процедуре, — он мне подмигнул.