— Официально я — старший аналитик Службы поддержки детей-волшебников. Неофициально мои доклады по некоторым вопросам ложатся прямиком на стол Великого Магистра.

Ого! Вот этого я раньше не слышал. И, честно говоря, даже не догадывался. Но совершенно не удивлен: это многое объясняет.

Ясно, каких он «читателей» имел в виду.

— Какие боевые у нас нынче аналитики… — пробормотала мама, глядя на Аркадия как-то странно. Но серьги взяла.

— Это вы еще спецназовцев не видели, — в тон ей ответил Аркадий.

— Да вот как раз видела… Я так понимаю, вы теперь выступаете кем-то вроде куратора моего сына? Вместо Никодима Корсакова?

— Нет, не вместо. В настоящий момент я никем не выступаю, потому что не могу состоять на государственной службе в силу некоторых обстоятельств. А прежде учил Кирилла некоторым специальным навыкам, — мама посмотрела на меня почти с испугом. — Теперь же я еще пока работаю над тем, как оформить свое участие в определенных проектах. Думаю, завтра смогу приобрести какой-то официальный статус. Но мне не хотелось до завтра оставлять вас в подвешенном состоянии.

Тут мамино лицо сделалось совершенно невообразимым. Я прервал это хождение вокруг да около усталым вздохом и сказал:

— Мама, я избавился от Проклятья. Я теперь снова настоящий мальчик. В смысле, буду расти и все такое. Но магия у меня осталась. То есть теперь я полноценный маг. И автоматически один из самых охраняемых секретов Ордена.

— Как ядерное оружие? — слабо спросила мама, и я понял, что прежде у нее подписка о неразглашении была не для галочки.

— Гораздо опаснее, — мягко проговорил Аркадий. — Хотя бы потому, что последствия применения ядерного оружия мы более-менее представляем. А вот на что способен Кирилл, я после недавних событий даже представить не берусь.

— Что ты натворил, сын⁈

— Да ничего особенного, — я отмахнулся.

— Да так, мне жизнь спас, войну, возможно, предотвратил, — улыбнулся Аркадий. — Для Кирилла и в самом деле сплошные пустяки, обычная неделя.

Мама слабо улыбнулась в ответ. Потом как будто взяла в руки, улыбнулась сильнее.

— Я горжусь тобой, сын! Слушай… Это получается, что на тебя теперь не действуют гиасы?

Я кивнул.

— И ты можешь жить дома⁈

— Может, но на практике лучше не стоит, — вмешался Аркадий. — Кирилл — действительно самая свежая и самая опасная тайна Ордена. Но тайны надежнее прятать на виду. Будет безопаснее, если он пока не станет менять свое поведение как мальчика-волшебника. То есть вернется жить туда же, где и жил до этого. Не волнуйтесь, за ним есть, кому приглядеть.

Мама поджала губы.