Потом Аркадий извинился и вышел, сказав, что ему срочно нужно бежать еще куда-то. Мы с мамой остались одни.

Она тут же вскочила и крепко, крепко обняла меня, долго не отпуская.

— Кирилл! — сказала она. — Ты опять где-то рисковал жизнью, да?

— Это случайно получилось, я не напрашивался! Главное — я снял Проклятье!

Мама грустно покачала головой.

— Ты еще дальше от меня, чем был.

Мне нечего было сказать на это.

— Ладно, — мама вытерла глаза. А я и не заметил, чтобы она плакала. — Главное, ты молодец, и я постараюсь тебе соответствовать… Наверное, приму предложение твоего друга. Никогда не могла отказать красивым мужчинам!

— Это Аркадий, что ли, красивый? — слегка удивился я.

Что физуха впечатляющая — это не заметить сложно. Но красота?

— Очень! — мечтательно вздохнула мама. — Прямо удивительно, такая внешность — да еще и… — тут она спохватилась. — Но ты не думай, Кирилл, ты станешь даже красивее, когда вырастешь! От девушек отбоя не будет!

И она туда же! Мне не нужно отбоя от девушек, мне нужно освободить от Проклятья тех, которые уже есть!

* * *

Когда закончилась беседа с мамой — приятная и долгожданная, но тяжелая для нас обоих — уже начинало темнеть. Выходит, я проспал сегодня до обеда? Вспомнив, что говорила мне с утра Романова, я решил разыскать Валерия Ивановича и попросить его побыть моей страховкой во время работы с регенеративной магией. Пусть уж удовлетворит свое любопытство в отношении меня, не жалко.

Но вместо него снова нарвался на Аркадия.

— Кирилл, хорошо, что ты закончил с мамой. Пойдем, есть разговор. На этот раз действительно строго секретный.

Для этого строго секретного разговора мы поднялись на технический этаж. Я думал, что опять пойдем оттуда на крышу и хотел уже сказать Аркадию, что у меня-то термоконтроля нет и что мне надо вернуться в комнату, где я ночевал, и взять куртку. Если она, конечно, еще там лежит.

Но Аркадий вдруг обернулся ко мне, поднял руку — и в ней тотчас возникла черная коса. Немного иная, чем я ее помнил: у Кесаря ее всю покрывал сложный алый узор. Теперь узор сделался из красного золотым и стал намного лаконичнее. Вместе с полностью черным, хотя и абсолютно обычным (брюки и водолазка) нарядом Аркадия смотрелось это почти пугающе, особенно в полутемном коридоре. Тень слегка качнул косой, по-прежнему держа ее в одной руке, — и воздух вокруг нас заколыхался, сделавшись полупрозрачным и странно мутным.

— Это что, свернутое пространство? — спросил я, озираясь.

— Оно самое. У меня получилось изменить настройки, чтобы стены были прозрачными в одну сторону. Подумал, белый фон тебя может нервировать.