Дюбу сносит с ног вихрь ледяных осколков. Демон перелетает через меня и с грохотом падает. Пытается встать и не может.

Александр бросает второй кинжал в меня. Успеваю поставить жалкое подобное защиты. Кинжал пробивает её насквозь и вонзается мне в живот.

— Твою мать, — рычу я, падая на одно колено. — Больно же.

— Простите, магистр, — разводит руками Холод. — Такова необходимость.

Ситуация дерьмовая. Но этот хмырь ошибся, когда сказал, что у меня не осталось козырей.

Один ещё в наличии.

Гарканов идёт на меня. Скрипя зубами, я одной рукой достаю из живота кинжал. А второй лезу в карман и вытаскиваю золотую авторучку.

— Ручка? — Холод даже останавливается.

— Не совсем.

Жму на кнопку, и ручка наливается сиянием. А через миг у меня в руке оказывается длинный меч, целиком сделанный из золота. Клинок вспыхивает и окутывается жарким пламенем.

Мой любимый артефакт. Солнечный меч.

Собрав остатки сил, вскакиваю и бросаюсь на Холода. Огненный клинок рассекает его грудь. Гарканов кричит и отступает. Призывает ледяной щит, но Солнечный меч проходит через него, как через горячее масло.

Остриё летит прямо в лицо врага. Тот в последний момент успевает уклониться. Ну, почти успевает.

Меч распарывает ему щёку на две половины. Кровь хлещет по лицу и шее, и Холод исчезает в серебристой вспышке.

Не успеваю даже повернуться. Только чувствую, как Александр появляется за спиной. А следом в этой самой спине вспыхивает жуткая боль.

Судя по всему, меня нашпиговали ледяными кинжалами. Десятком, не меньше.

Перед глазами темнеет. Я пытаюсь повернуться, но только запутываюсь в ногах и падаю. Вижу, как Гарканов подходит ко мне. Кончиками пальцев трогает располосованную щёку и морщится.

Ну, хотя бы новый шрам напоследок я ему оставил.

— Говорю же, ссыкло, — ухмыляюсь я. — Со спины нападаешь.

— Я ведь уже сказал. Предпочитаю решать проблемы эффективно.

Броском ледяного снаряда Холод выбивает меч у меня из руки. Тот в полёте превращается обратно в ручку и падает на опалённую землю.

— Прощайте, магистр, — говорит Александр.

У него в руке появляется свой меч — сделанный, само собой, изо льда.

Последнее, что я успеваю сделать, это разорвать связь между собой и Бугоросом. Не хочу, чтобы малыш погиб вместе со мной. Пытаюсь отпустить и Дюбу, но тот сопротивляется. Сам удерживает нашу связь.

— Хрен тебе, Дум! — рычит он вслух. — Сдохнем вместе!

Я хочу что-нибудь ответить, но не успеваю. Ледяной меч опускается, и наступает тьма.

* * *

Проходит целая вечность во беспамятстве. Но она сжимается до одного мгновения, когда я прихожу в себя.