– Где?

– Да вот же. – Она развернула лист ко мне и показала на четвертый порядок рун. – В расчете контура. Ничего серьезного, просто небольшая неточность в вычислениях.

Я в ужасе смотрела на цифры.

Значит, магистр Монтевер был прав. С самого начала прав. А я, самонадеянная дура, решила, что умнее преподавателя с многолетним опытом, и отправилась в ритуальный зал доказывать свою правоту. Ну что ж, доказала.

– Да, действительно, ничего серьезного, – повторила я за ней каким-то чужим, не своим голосом.

Лейси улыбнулась – явно довольная тем, что помогла.

– Видишь, как хорошо, что я глянула. А то неизвестно, кого бы ты так призвала.

Я сглотнула.

– Действительно, очень хорошо, что я не призвала неизвестно кого, – произнесла я одеревеневшими губами.

– Впрочем, магистр не позволил бы тебе призывать по формуле с ошибкой…

– Угу… Не позволил бы… – Кажется, я теперь только и могла бездумно повторять сказанное.

Лейси, к счастью, не заметила моего состояния. Она еще раз пробежалась глазами по моим записям, кивнула каким-то своим мыслям и отправилась к себе. А я осталась сидеть за столом.

Весь вечер и половину ночи я снова просидела над учебниками. Исправила расчеты – теперь уже по-настоящему, без ошибок и самонадеянности.

О чем я только думала! Ведь глупо же было рассчитывать, что за одну ночь можно выучить материал целого года. Все эти формулы, рунные цепочки, классификации – их вдалбливали в голову постепенно, шаг за шагом, с пояснениями и примерами. Неужели я думала, что просто пролистаю конспекты и стану специалистом по призыву.

Впрочем, сейчас я была занята вовсе не изучением пройденного. Я пролистала все учебники по призыву, которые только смогла найти, в поисках решения одной-единственной задачи. Как избавиться от призрака, которого не смогла удержать в круге? Только в моих книгах об этом не было ни слова. Похоже, авторы учебников даже не рассматривали такую возможность – видимо, считалось, что преподаватели, которые обязательно присутствуют при студенческих призывах, просто не позволят ничему подобному произойти. И уж точно они не рассчитывали, что какая-нибудь самоуверенная студентка попрется в ритуальный зал одна да еще и с неправильной формулой…

На следующий день я стояла перед кабинетом магистра Монтевера с исправленной формулой в руках. После очередной полубессонной ночи чувствовала себя выжатой как лимон – совсем не то состояние, в котором хотелось бы общаться с неприятным человеком на неприятные темы. Однако избежать неприятного разговора не было никакой возможности, так что пришлось взять себя в руки и постучать в дверь.