— Это, например, где? В Италии что ли? — фыркнул князь.

— Имея недвижимость за рубежом, вы с семьей запросто можете стать заложниками. О том, какому влиянию подвергаются наши соотечественники за границей, я и вовсе молчу, — помотал я головой. — Что мешает вам построить дачу на берегу Чёрного моря? Взять хотя бы тот же Крым, который благодаря усилиям вашей бабушки уже тридцать пять лет является территорией Российской Империи?

— Прекрасное место, — согласился со мной князь. — Я два года назад весь полуостров объехал. Бахчисарай со своим ханским дворцом меня, конечно, сильно впечатлил. Впрочем, всё побережье Крыма заслуживает внимания, вот только с дорогами там не очень.

— Дорога от столицы до Царского Села тоже не вдруг возникла, — заметил я. — Скажу больше — в момент основания Санкт-Петербурга Царского Села и в помине не было. Кому, как не Романовым подавать пример остальным и не начать осваивать Крым? Взять тот же южный берег полуострова — там ведь средиземноморский климат, сравнимый с климатом Лазурного берега Франции и Лигурийского побережья Италии. Лично я, при случае обязательно в Крыму приобрету землицы и построю там какой-нибудь пансионат. Буду туда своих передовиков производства на отдых отправлять. Так сказать, в качестве поощрения и для поправки здоровья.

— Действительно, — задумался Николай Павлович. — У селения Ялта есть красивые места. Правда, далеко вся эта красота от столицы.

— У вас теперь гидропланы есть, — хмыкнул я в ответ. — Несколько часов лёту и приводнитесь прямо на Чёрном море. Тем, кто боится летать, можно будет воспользоваться суднами на воздушной подушке. У меня инженеры сейчас как раз рассчитывают это новый вид транспорта. При случае покажу чертежи. Хотелось бы послушать ваше мнение.

От беседы нас отвлёк начавшийся у входа громкий спор Акулины с моим начальником охраны.

— Пусти к князю, говорю, дура, — как в трубу басил Дмитрий Владимирович. — Я по делу.

— Моются они с Его Императорским Высочеством, — не менее громко возражала Акулька. — Позже приходи.

Зная непоколебимость девушки и настойчивость Дмитрия Владимировича можно было смело сказать — эти двое будут препираться до утра. Поэтому я решил остановить спор и крикнул через дверь, чтобы Акулька пропустила охранника.

— Что случилось, Дмитрий Владимирович? — не стесняясь Николая Павловича, поинтересовался я у мужчины.

— Нарушителя возле ткацкой мануфактуры задержали. Пытался в химическую лабораторию проникнуть, — кратко доложил охранник.

— Допросили? Выяснили кто такой и откуда?

— Он пока не в состоянии разговаривать, — почесал затылок мужчина. — Мои ребята перестарались и песчаным цепом ему по голове заехали. Но судя по сопению, он вроде дышит.