Ближе к одинадцати часам вечера, когда большая часть заключенных сидела в своих камерах, я отправился на цокольный этаж, к канализационной секции. Учитывая жару и духоту, несложно представить, какие тут царили запахи.
Во дворе было почти темно, только снаружи на вышках горели прожекторы, выхватывая из темноты кусочки тюремного двора. Воздух был влажным и тяжелым, жутко воняло. Где-то в джунглях за стенами кричали ночные птицы — резкие, пронзительные звуки, которые эхом разносились по округе.
Спустившись, я убедился, что сейчас тут никого нет. Осмотрел стену, другую. Третью. У самой грязной части я заметил прямоугольную решетку в стене, почти на уровне пола. Та была ржавой, вся забитая мусором и обрывками бумаги.
Ухватившись за нее, я дернул изо всех сил. Та скрипнула, вздрогнула. Противный звук разлетелся во все стороны. Зараза. Попробовал еще раз. Начал расшатывать ее из стороны в сторону, но вдруг откуда-то справа раздался сердитый голос:
— Эй, кто здесь?
Глава 18 План побега
Я замер, услышав этот голос. Он был мне знаком.
Руки все еще сжимали ржавую решетку, пальцы онемели от напряжения. Сердце колотилось в груди, но я заставил себя дышать ровно, не делать резких движений. Адреналин разгонял кровь, голова гудела от напряжения, но я умел контролировать это состояние.
Голос был низкий, с хрипотцой. Принадлежал он Фернандесу, тому самому, которому я продал дезинформацию про интерес к Раулю из блока «Б». Какого черта он тут забыл?
— Эй, кто здесь? — повторил он, и я услышал шаги. Он спускался по лестнице, и с каждым шагом звук становился громче, ближе.
Я прижался к стене, вжавшись в тень за трубой канализации. Несмотря на то, что здесь было темно, это вовсе не означало, что меня нельзя заметить. Справа от меня был тупик, слева — открытое пространство, и если Фернандес пройдет чуть дальше, он обязательно меня заметит.
В этой части канализационной секции был отдельный туалет, который тоже убирали заключенные. Те, кого было легко сломать. Это тоже работа, но за нее платили меньше всего. Уборка шла раз в день, по вечерам после ужина. Туалет представлял собой примитивное сооружение, прямо в бетонной плите. Далеко не самое приятное место.
Нужно было срочно импровизировать.
Я слышал, как он щелкнул зажигалкой, и желтый огонек выхватил из темноты кусок стены.
Он повернул голову и увидел меня. Как раз там, где недавно убирались.
— А ты что тут делаешь, гринго? — возмущенно произнес он.
— Ох! Твой ром не пошел мне на пользу! Да это и не ром вовсе… — я изобразил страдальческое выражение лица. — Проблемы с животом!