— Оооо… Это мы завсегда с превеликим удовольствием. А то ты погляди… Не рожа у него– Серега раздражённо «цыкнул». — Так и подумал, что связано с тем делом. Сразу было понятно, хрен отстанет от нас товарищ Ласкин. Ничего себе, грохнули зятя второго секретаря обкома.

— Простите…– Подала голос топающая за нами Лариса. — А этот район, он тоже наш?

— Если ты имеешь в виду, наша ли это земля? Да. Наша. Вот так нам подфартило. Здесь в основном живут работяги с ткацкой фабрики и с металлопрокатного. Плюс переселенцы. Перед олимпиадой действительно большое количество неблагонадежных граждан отправили сюда. Ну…так и остались…граждане. Чисто территориально мы отвечаем за этот район. Сколько не пытались что-то глобально изменить, хрен там. Да и администрации города это удобно. Все, кто возвращается после отсидки, автоматом меняют место жительства. То есть, к примеру, жил человечек где-нибудь в районе Марьиной рощи. Натворил дел. Сел. Освободился, а в Марьиной роще он больше не живет. Ему уже тут местечко приготовили. Удобно, в некотором роде. Все эти криминально-неблагонадежные элементы сидят в одной куче. Политические, кстати, тоже. Налево! Фу, блин. Чуть не проскочили. Вон она, «Нора».

Старлей сказал это Ларисе, которая в Москве оказалась впервые, и даже показал рукой в нужную сторону. Мажора он демонстративно продолжал игнорировать. Но я тоже плохо соображал, где мы находимся. Возникло такое ощущение, будто в первой жизни, где нет Советского Союза, этот район вообще не существовал. Я никогда его не видел.

«Норой» оказалось отдельно стоящее здание, похожее на заводскую столовую.

— Значит так…– Я обернулся к Никите. — Вон — лавочка. Садишься и ждёшь нас. На улице — белый день, не думаю, что кто-то тобой заинтересуется. Да и кусты там подходящие. Особо не будешь привлекать внимания. Главное — сиди на месте и сливайся с окружающей средой. Как хамелеон. Ясно?

Мажор насупившись, двинулся к той самой лавочке, о которой шла речь. Хотя, у меня возникло ощущение, он совершенно не против отсидеться в стороне, а еще лучше — быстрее отсюда смыться. Видимо, и правда, в его прежней жизни не существовало подобных мест.

— Ну… Идем. — Рябушкин посмотрел на Ларису. — Ты тоже помалкивай. Просто слушай. Обращай внимание на все, что будет происходить в заведении, пока мы там присутствуем. Поняла? Каждую деталь запоминай. Нам с майором не до этого будет. А что-то важное можем упустить.

Старлей двинулся ко входу. Я за ним. Однако при этом, внутри снова возникло ощущение если не опасности, то тревоги. Сказать по совести, я вдруг понял, что очень сильно не хочу заходить в «Нору».