Серега схватил куртку и вышел в коридор. Мы с Ларисой, естественно, отправились следом. Стажёрка ещё не до конца понимала, что именно нас с Рябушкиным напрягло. Однако, лишних вопросов не задавала.
Как только оказались во дворе, увидели Тимоху. Он как раз слез с мотоцикла, снял шлем и собирался идти в отдел.
— Оооо…парни. А я к вам. Особо обрадовать нечем…
Тимофей с улыбкой направился навстречу. Но, видимо, у нас со старлеем были такие кислые лица, что улыбка Тимохи по мере его приближения медленно сползала с лица. Когда он подошел совсем близко, от нее не осталось и следа.
— Что-то случилось? — Тимоха посмотрел сначала на Серегу, потом на меня.
— Случилось…Рубаха в жопу засучилась…– Рябушкин вынул из кармана пачку сигарет, зажигалку. Закурил.
Лариса даже не пискнула. Хотя, очевидно, выражение старлея не пришлось ей по душе. Она вообще, я заметил, реагирует на грубость определённым образом. Кто бы мог подумать…. Особенно, в свете открывшихся особенностей ее, скажем так, физиологии.
— Я не понял…– Тимофей посмотрел на Рябушкина, потом на меня. Потом еще, на всякий случай, на Ларису. — Что произошло то? Я вас пару часов не видел всего. Откуда такие рожи… То есть лица.
Тимоха исправился, я так думаю, из-за стажерки.
В двух словах мы обрисовали ему сложившуюся картину. И Тимоху она тоже не обрадовала.
— Твою ж мать… Да ну на хрен…Дай закурить… — Он протянул руку в сторону Рябушкина.
— Ты же бросил. — Старлей снова полез за пачкой в карман.
— Бросишь тут…как же… — Тимофей с досадой покачал головой. — Парни, ну, какая-то хрень выходит…
— Да что ты? — Я усмехнулся. — А мы думаем, как назвать тот факт, что изначально в этот дом нас отправил Семеныч. Оказывается, хрень.
— В общем…что я думаю… — Рябушкин оглянулся на вход в отдел, словно оттуда в данный момент мог показаться предмет нашего разговора, подполковник Иванов. — История и правда выходит странная. Смотрите… Семеныч отправил нас проверить информацию… Какой-то старый стукач из прежних времен нарисовался… Помните, да? Он еще прямо психовал. Мол, идите сейчас. Именно сейчас. Я все пытался соскочить, объяснял, что скоро жить буду в рабочем кабинете. А он ни в какую. И еще…
Рябушкин отправил щелчком в урну окурок, а потом посмотрел на меня.
— Семеныч очень настаивал на твоём присутствии. Мы ведь тебя с другого дела сдернули. Вернее, ты должен был поехать совсем в другое место. А Семеныч велел идти с нами. Сказал, мы — придурки, сами не справимся…а как не справимся? Да? Всего лишь надо было инфу проверить. В общем, парни, ситуация, конечно, жопная. С одной стороны, все, вроде, понятно. Банда есть, это — факт. И мы даже теперь имеем возможность на нее выйти. Эти граждане, что брали форму дворников…через них пойдём. Потом — подтянем ОБХСС. Потрясем директоров. Что-то они должны знать. В любом случае. Тем более, если преступники изначально понимали, товарищи терпилиться не побегут. Вряд ли они сильно концы прятали. Так и на саму банду выйдем. Инкассаторы — это уже будет бонусом к нашей хорошей работе. Но…Права Лариса. Чертовски права. С директором Литейной — хрень какая-то выходит. Дворник там тоже был. Это мы знаем. Следил, как и в других эпизодах. А вот ограбления не было. И это странно. Сразу — убийство. Значит, жертва имела что-то, ставшее причиной этого убийства. И вполне может быть, неведомое «что-то» связано с работой спец института, где у нас заправляет Юрий Алексеевич. Возможно, убитый владел некой информацией. Возможно, знал, где эту информацию достать. Пока не понятно до конца, но есть ощущение, след верный. Вопрос в другом…На кой черт Семеныч отправил нас в этот дом? И на кой черт ему было важно присутствие Лехи. Вот этого пока даже приблизительно понять не могу…