На одной из вершин горной гряды, еще в давние времена, возвели каменное сооружение по форме напоминающее корону. Сквозь окна-щели открывался потрясающий вид на долину, дворец, озеро и город. Внутри — чаша бассейна с горячей водой, в окружении гигантских лож-диванов с россыпью сотен подушек разного размера и цвета. Стол с едой. Стол с напитками. Стол с фруктами и еще маленький — со сладостями.

Под потолком в облаках пара летали, сталкиваясь друг с другом и наплевав на законы гравитации, водяные пузыри. Подлетая к стенам, они стекали вниз горячим журчащим водопадом, чтобы потом, по углублениям в полу, выплеснуться в бассейн.

Смотреть на горы можно бесконечно долго. Любоваться игрой закатных красок, ловить «синий час», очаровываться подкравшимся пушистым облаком, восхищаться высотой, просторами и мощью гигантов, а еще нежиться в объятиях любимого человека.

С наступлением сумерек стали разгораться розовым световики в форме сердечек — они и дали название беседки. Водяные пузыри под потолком смущенно розовели, вода стала цвета вина, да и сама беседка на глазах приобретала девчачий гламур.

— Ты чего испугалась на свадьбе? — спросил Фильярг, поглаживая по спине. Юля пребывала в той самой стадии блаженства, когда все тело — сплошная нега. После жаркой любви мыслей в голове не осталось — умеют же некоторые доводить до состояния нестояния, да и сама свадьба, а уж про птичник она вообще молчит, казались событием прошлого столетия.

Вздохнула. Говорить о своих страхах не хотелось, но честность, она вроде как правильнее.

— Все так быстро…

Фактически ультиматумом. Беременность? Пинком под венец, точнее под лики Девятиликого. А быстро случившееся не дает времени осознать, принять и согласиться. Сомнения, они хуже тараканов. Ты их травишь разумными доводами, давишь железной логикой, а они все равно вылезают.

— Да и без родных…

Такие моменты особенно сильно хочется разделить с близкими людьми.

— Понятно.

Фильярг обнял, уложил к себе на грудь.

— Скучаешь? Тогда как насчет портальнуться к ним? Хоть завтра. Мне тоже неловко, что я фактически похитил дочь и даже разрешения не спросил. Не знаю теперь, как буду расплачиваться…

— Расплачиваться? — переспросила Юля.

Четвертый смутился. Пожал плечами.

— Кузен рассказывал, что у вас принято выкупать невесту. Только не пойму, зачем твоим родителям столько баранов?

Юля расхохоталась, поставив себе в план показать мужу «Кавказскую пленницу».

— И зачем я его вообще слушаю? — раздосадовано проворчал Фильярг.

Потому что очарование Кайлеса пора заносить в оружие, — усмехнулась про себя Юля.