Контрподготовку по расположению немцев мы успели провести между двумя налетами авиации противника. Они уже подлетали во второй раз, когда последние орудия только-только снялись. Тут и пригодились наши «Шилки». Они смогли не только сорвать прицельное бомбометание, но сбить семь самолетов, два из которых были двухмоторне «Мессеры».

После окончания контрподготовки, я зашел к командиру 124-й стрелковой дивизии и уведомил его, что перебираюсь на НП к своим разведчикам, чтобы оценить степень нанесенного ущерба противнику. Прибыв на высоту 260, которая возвышалась над окружающей местностью, и приняв доклад от командира группыиартразведчиков, подошел к установленной на треноге зенитной трубе. Через нее, отлично было видно огромное облако пыли поднявшееся на несколько десятков метров над местом ночного лагеря немецких танкистов.

Повернув трубу немного влево, увидел как к кромке ржаного поля подходят немецкие подразделения ― танкисты, штурмовые орудия, мотострелки на бронетранспортерах, мотоциклисты.

―Почему не открываете огонь? ― Ответил мне командир батареи из моего дивизиона:

― Жду полного сосредоточения немецкой артиллерии. Считаю, что без артиллерийской поддержки противник в атаку не пойдет. С началом противником артподготовки, проведу доразведывание позиций вражеской артиллерии средствами АИР и осуществлю подавление его огневых средств, тем самым сорву атаку или заставлю атаковать без поддержки.

― НЗО по рубежам и другие виды огня подготовлены?

― Так точно, товарищ подполковник! Все данные готовы.

― Ишь ты, как на командирской подготовке оттарабанил! ― И добавил уже от чистого сердца:

― Добро капитан, ждем.

В небе над полем, по которому дожны были наступать немцы, одиноко и неторопливо кружила «Рама». Я тут же связался с «Оводом», приказав ему навести на немецкого авиаразведчика наши истребители и уничтожить его.

И вот в это яркое, солнечное утро, когда низины еще во многих местах были окутаны туманом, прилетел и разорвался на гребне, где сел в оборону передовой отряд, немецкий снаряд. Прошло пару десятков секунд, за которые немецкие артиллеристы получили подтверждение от своего авиаразведчика и последовали сразу сотни других.

Ровно через десять минут, после начала немецкой артподготовки нанесла удар фашистская авиация. В этом идеальном вполнении временного графика чувствовалась присущая немцам пунктуальность. Ведь при таком исполнении предварительно разработанного плана, совсем по другому воспринимаются пункт приказа о наступлении доведенного до войск. Зная об этом офицеры противника не мучаются сомнениями, им остается просто исполнять приказ! У меня от этого маленького открытия даже испарина вступила на лбу…