Последний кусок, я полз. Катушка постоянно билась о колени и мешала мне. Наконец-то я свалился в окопчик, поставил в небольшую нишу ТК-2, на нее телефон, проверил связь с БТРом, и обернувшись к Бессонову спросил:
— Ну как тут без меня?
— Порядок, товарищ лейтенант!
Прильнув к трубе, посмотрел на дорогу, там все было как раньше. Оторвав голову от ТЗКа, посмотрел назад, на пулеметчиков, как там они. Наводчик левой установки стоял в кузове машины и спокойно почесывал за ухом. Он ждал команды, вытянув шею, и моментально навострил уши, когда увидел, что я смотрю на него.
— Здесь все в порядке! — решил я. А вот справа пулеметный расчет копался с пулеметом. Потные, торопливыми движениями рук они перебирали что-то.
— Ну что еще там? — крикнул я в их сторону. Не получив от них ответа, повернул голову к старшине:
— Бессонов! Проверь пулемет сам! Чего у них там руки трясутся? Старшина быстро подобрался к установке, поставил затвор на место, хлопнул крышкой cтвольной коробки и доложил:
— Пулемет к бою готов, товарищ лейтенант!
Глава 9
Капитан Денежкин
На все про все ушло два с половиной часа. Стараясь сжато, но в то же время наиболее полно донести до личного состава всю необходимую информацию, я не уложился в расчетное время! Правда в этот отрезок времени посчитал время потраченное на прием пищи и перекуры, да еще в самом конце, когда начал объяснять назначение различных люков и заглушек в корпусе танка, произошел забавный случай, хотя в этой обстановке было не до смеха.
Указывая веточкой-указкой на приваренный колпак-заглушку в днище под вентилятором, я зачем-то решил дать о нем следующие пояснение: танк проектировался и начал серийно выпускаться еще до войны, но уже в ходе его боевой эксплуатации выявился такой дефект, как недостаточный зазор между лопатками воздушного вентилятора системы охлаждения двигателя, закрепленного на главном фрикционе, установленном на носке коленчатого вала двигателя, и днищем танка. Это приводило даже при незначительной деформации днища, например при подрыве на мине, к аварийной ситуации, когда лопасти вентилятора задевая днище клинились и переставая вращаться не охлаждали двигатель. Главный конструктор танка принял крайне простое, но единственно правильное на тот момент и в той ситуации решение: чтобы не изменять габаритные размеры вентилятора, то есть его производительность, не менять размеры корпуса и силовых агрегатов Т-34, а также его компоновку, а вырезать в днище отверстие под вентилятором и затем его заглушить вырезанной пластиной. В том как вырезали пластину, тоже было найдено очень интересное решение. Сварщик делал это внутри корпуса танка, направляя струю раскаленных газов под углом сорок пять градусов по специальному шаблону. В результате вырезанная деталь имела сечение трапеции. Этот прием давал возможность ее прикладывать снаружи бронекорпуса без зазоров и приваривать уже электросваркой двойным швом — снаружи и внутри корпуса танка. Так, зазор между вентилятором и днищем танка был гарантированно увеличен на толщину броневого листа, а именно на двадцать миллиметров, что обеспечило им надежное охлаждение двигателя танка.