Я взял гранату. Она была неожиданно тяжелой для своего размера, с гладкой поверхностью без единого шва. Интересное изделие.

— Понял, — сказал я в кристалл. — Буду готов.

— Я знаю, — ответил князь. — Не подведи, Дмитрий.

Связь прервалась.

Я посмотрел на часы. До встречи с Гавриловым оставалось чуть меньше двух часов.

Пора было готовиться.

Ровно в назначенное время к моему подъезду подлевитировал черный, полированный до зеркального блеска седан представительского класса. Не чета ни моему служебному пепелацу, ни фургончику нашей команды. За рулем сидел молчаливый водитель в строгом костюме. Он не вышел, только открыл для меня заднюю дверь. Сервис.

Я сел на мягкое кожаное сиденье. Мы тронулись. Я был одет в свой лучший, идеально отглаженный костюм. Как и положено успешному, набирающему вес кандидату в Уважаемые Люди, едущему на встречу с этими самыми людьми.

Машина прошла по вечернему городу и свернула в знакомую, унылую промзону. Мы приблизились к воротам заброшенного «Императорского сталелитейного завода». Нас уже ждали.

У ворот стоял лично Игнат. Та же кривоватая челюсть, тот же костюм. Только сидел слишком хорошо — настолько, что под пиджаком легко просматривался пистолет в кобуре. Может, так и было задумано. Этакое скрытно-открытое ношение, чтоб всяким там Волконским не взбрело в голову шалить. Дверь седана открылась, и я выбрался на улицу.

— Семен Аркадьевич ждет, — ровным тоном сообщил Игнат.

Все еще ни тени злости. Но это мы скоро исправим.

Мы вошли на территорию. Водитель остался у машины. Игнат шел чуть впереди, ведя меня в сторону огромного сборочного цеха, а я за ним.

Внутри цеха царил полумрак. Несколько тусклых ламп под потолком давали ровно достаточно света, чтобы видеть большую часть помещения, но не более того. Там же был фургончик, из которого разгружались ящики с кристаллами. А вокруг, в глубоких тенях у старого оборудования, я замечал едва уловимые движения. Охранники, шестеро.

И Гаврилов, конечно же, тоже был на месте. Стоял посреди цеха, смотрел за разгрузкой. Его, похоже, совершенно не напрягало ни то, что его дорогой костюм не вписывался в атмосферу от слова вообще, ни компания бандюков «попроще». Думаю, он был неожиданно привычен к такой обстановке.

— Дмитрий Сергеевич! Герой дня! — он улыбнулся, протягивая мне руку. Я пожал. — Видел тебя в новостях, репортаж вышел что надо. Ты становишься настоящей звездой в нашем сонном болоте. А звездам положен соответствующий статус.

Он протянул мне роскошную, тяжелую папку, обшитую темно-бордовым бархатом с золотым тиснением.