Я слушал их разговор, чувствуя, как во мне поднимается гнев. Этих людей просто использовали, они даже толком не знали, куда идут и зачем! И Лиса, выходит, убила невиновных. Как же низко пал тот, кто использует людей в качестве живого щита.

— За поджогами стоят Катары, — спокойно сказал я, подумал, что они должны знать.

— Откуда такая уверенность? — прищурился Уж.

— У отряда Железного свои источники информации.

Уж хмыкнул в ответ, но кивнул.

— Нет у Катаров никого по имени Валентин. Тем более, проповедников. Кто-то со стороны, видимо. Подсуетились, чтобы замести все следы, — буркнул Пиявка и снова обратился к пленнику. — Дальше что?

Мужчина судорожно сглотнул и продолжил свой рассказ:

— Мы… мы заняли позиции в том месте, куда нас отправили. Потом раздались взрывы. Я хотел уйти, испугался, но мой приятель остановил. Сказал, если смоется хотя бы один, без денег останутся все. А потом появился вот этот.

Он бросил боязливый взгляд в мою сторону.

— Одного мы пропустили. Быстрый оказался. А он замешкался на миг, и мы накинулись на него. Думали, числом одолеем. Но он нас всех положил, даже пальцем не тронув. Просто засмеялся, а потом руку как будто в кипяток окунули, да сверху клеймо раскалённым металлом поставили. Боль невыносимая! Господа, я ведь говорю чистую правду, клянусь! Пощадите меня!

Я видел, как дрожат губы этого человека, как он из последних сил умоляет о пощаде. В нём не было зла, только страх и отчаяние. И мне стало его жаль.

Пиявка задумчиво посмотрел на пленника, затем бросил взгляд на меня и Ужа.

— Что ж, похоже, он рассказал всё, что знал. Хотя какая от этого польза? Пустой наводке на пристань и имени. Но этих Валентинов в столице — считать замучаешься. Ладно, вы идите, а я тут закончу.

Уж положил мне руку на плечо и медленно вывел из комнаты, которую впору назвать пыточной.

— А ты неплох, раз уложил этих не прикасаясь. Что ж, спасибо за содействие. Я передам твою информацию про пирс, так что проверьте там всё как следует. Водитель отвезёт тебя.

— Что будет с ним? — кивнул я на дверь. — Убьёте?

— Раньше бы убили. Сам понимаешь, гражданский узнал про мир масок. Нехорошо это. Но сейчас Пиявка разжился кое-каким самоцветом, так что просто поправит ему память, да отпустит. Мужик-то не виноват ни в чём.

Когда я спустился, машина уже ждала меня. Смирно гудела, испуская едва заметный в темноте дымок.

По дороге я задумчиво смотрел в окно.

Все эти события вызывали во мне смятение. От Ульяны я узнал, что за поджогами стоит кто-то, кто нанял дом Катаров. Феликс ещё на тренировке мне сказал, что думает, будто Гильдия Наемников также замешана. Да и Давид говорил тоже. Они однажды сунули палки в колёса Антоновым. Даже если это и было по чужому заказу.