Оба дознавателя моментально подлетели к машине и начали доставать Борю. При этом, чертыхаясь и матерясь так, словно толстяк был их родственником, а они недоглядели, и он залез, куда не следовало.

— Чего стоишь? — прохрипел Пиявка, когда они почти вытащили Борю. Ноги уже находились на улице. Оставалось самое трудное — выдернуть основную часть туши. И выдернуть так, чтобы не навредить ещё больше.

— Помогай нам. Иначе мы так можем не успеть притащить его к Богине. Уже шестой за сегодня. Что там вообще творится? Словно началась война с каким великим домом.

— Здесь есть кто-нибудь из начальства? У меня есть информация только для них. — вместо того, чтобы помочь, спросил я.

Ничего с Борей не случится. Он сейчас просто крепко спит. Я видел, как на нём затягиваются раны пострашнее этих. Просто слишком сильно выложился, остался совсем без силы. Вот поспит и точно оклемается.

— А нам, значит, ты не доверяешь? — спросил Уж, пытаясь выпихнуть Борю из машины.

За это время водитель даже не попытался вылезти из машины. Какие-то они очень странные у Антоновых. Только и умеют, что крутить руль.

— Не доверяю. — немного подумав, ответил я. — Я вообще мало доверяю людям, которых вижу второй раз в жизни. И которые умеют пытками вытаскивать из людей информацию.

— Это мы можем. — согласился Пиявка. — Так что не глупи парень и выкладывай, чего такого ты узнал, что это необходимо сообщить начальству? Нет их сейчас никого. Все отправились на подмогу Волынским, чтобы их черти брали две недели без отдыха. Ты реально не собираешься помогать своему товарищу?

— Да нормально с ним всё. Слишком сильно перенапрягся. Использовал силу самоцветов слишком активно, вот его и накрыло. Там раны пустяковые для Медведя. Через пару дней сами все затянутся.

— Никаких, пустяковые. Быстро доставили пациента ко мне. Тигр, помоги своим коллегам, а потом мы с тобой поговорим. Я вполне могу сойти за начальство. Да и твою руку нужно осмотреть. — послышался уже знакомый голос.

Я обернулся и увидел стоявшую в дверях Богиню. Только на этот раз маска на её лице изменилась. Она уже не была столь жизнерадостной, как при нашей первой встрече. Суровое, сосредоточенное лицо целителя, работающего в самых тяжёлых условиях и не успевающего помочь всем раненым. Спутанные волосы, брызги крови на лице и безысходность во взгляде.

Настолько резкий контраст даже заставил меня отправиться на подмогу Ужу и Пиявке.

— Вот и хорошо. Отнесите его к остальным, я скоро подойду. Ястреб погиб.

Сказав это, Богиня скрылась в поместье, а дознаватели принялись грязно ругаться.