— Ослицин лично занимался похищением людей?

— Нет, жертв ему поставлял Васин. И артефакты тоже. Источник, как он думает, орден Кобр, его виконт тоже считал масонской ложей. Личных контактов не имел. Я думаю, что масоны — легенда, по которой вербовали жаждущих власти аристо здесь в России.

— Кобры себя явно масонами не считают, — кивнул я, — так что скорее всего виконту, как говорит молодежь, парили мозг. «Холодная кровь», «Кальтес Блут» — ото всюду торчат уши нашей любимой Инквизиции. А взрывные черви, как вы остроумно их обозвали, похожи на орудие паразитов. Грустно, дамы и господа, но нам вряд ли удастся избежать этой битвы.

— Также мы забрали ноутбук из кабинета Ослицина. Я думаю, что можно выяснить какие-то финансовые и логистические схемы из скрытой в нем информации.

— Да, мы изучим содержимое этой коробочки. Благодарю вас, друзья, вы отлично провели операцию.

— И что теперь? — спросила Ветерок.

— Теперь мы вернемся к остальным и обсудим наши помоечные планы. А чуть позже я навещу другого генерала.

Мы прошли в кабинет с виртуальным столом.

— Так, орлы и орлицы, — обратился я к ученикам, внимательно меня слушающим, — вам предстоит работа сложная, но знакомая. Вы уже делали это в Сицилийской шахте. Мы будем сортировать и очищать. Хорошо, что вся эта груда мусора сейчас замерзла, и никакие мерзкие соки не проникают в почву, отравляя всю округу.

Учительница робко подняла руку.

— Вы хотите что-то добавить? — спросил я. — Прошу вас.

— Фильтрат! — сообщила Клара. — Этот «сок», как вы выразились, так называется, и он очень опасен.

Таджик тоже поднял руку.

— Послушайте, не надо тянуть руки, если есть что сказать, просто говорите. Без дела меня перебивать, конечно, не стоит, но если вы считаете, что знаете что-то важное — смело говорите. Итак, что ты хотел добавить, Фаррух?

— Он правда опасен! Он съел бульдозер. На нем Рустам работал, случайно заехал в черную лужу, и машина растворилась. Начальник схватил Рустама за шею и окунул в эту лужу.

— И что с ним стало? — спросил я.

Фаррух промолчал, борясь с неприятными воспоминаниями.

— Известно что, — ответил за него Модест. — Фильтрат хуже кислоты. С ним и рядом стоять-то не стоит, а если уж лицом в лужу — все, мгновенный конец.

— И куда ваш милый начальник дел тело?

— Ну так известно куда, — протянул Фаррух. — в черную лужу и дел. Через час от Рустама и костей не осталось.

— Свалка — правильное место, чтобы избавиться от кого угодно, — дополнил картину Модест. — Фильтрат, крысы, не останется даже зубов. Я надеюсь, вы вписались в наше вонючее дело не за тем же?