Зрители на трибунах восхищенно выдохнули, обмениваясь быстрыми взглядами.

— Идеальное слияние ци и металла! Удар такой плотности разобьет даже барьер ранней стадии Ядра! — восхитился один из мастеров-наблюдателей. — Этот доходяга умрет мучительно. Резонанс вырвет ему внутренности!

Великан оскалился, демонстрируя желтоватые зубы.

— Я раздавлю тебя в кровавую лепешку, щенок! — прорычал он.

Распорядитель махнул рукой, давая сигнал.

Практик сорвался с места на удивление резво для подобных габаритов. Воздух впереди бойца уплотнился в невидимую волну, которая на ходу высушивала влагу с камней. Гигант широко замахнулся. В свой металлический кастет он вложил весь вес тела и низкий гудящий резонанс.

Лу Мин остался стоять на месте. За противником он наблюдал без капли волнения во взгляде. Он скользнул в сторону текучим шагом за долю мгновения до того, как чужой кулак смял бы его грудную клетку.

Разогнавшийся великан из-за мощного замаха сместил центр тяжести и этого оказалось достаточно. Посох в руках начертателя описал дугу, и «Драконий Хребет» с хлестким звуком ударил точно по опорной лодыжке.

Набранная сила и скорость в связке с большой массой гиганта сыграли против него. Подбитая нога подломилась. Потерявший равновесие здоровяк с глухим стуком рухнул лицом на гранитные плиты, пропахав носом.

Он попытался немедленно опереться на закованные в кастеты руки и вскочить, но левая ладонь Мина уже опустилась на широкую голую спину поверженного бойца.

Желтоватый кусок бумаги коснулся спины.

— Отдыхай, — небрежно бросил Мин.

«Знак Давления», усиленный концентратом из Чернильницы и направленный волей тридцати чистейших каналов, вспыхнул коричневым светом. Невидимая монолитная гора рухнула на спину гиганта. Каменный помост под великаном прогнулся и треснул, кости противника жалобно заскрипели, а из выдавленных легких со свистом вышел весь воздух. Глаза бойца закатились, и верзила окончательно обмяк, мгновенно потеряв сознание от болевого шока и невыносимой тяжести.

Зал Знамён погрузился в омертвелую, звенящую тишину. Никто не успел даже понять, как именно всё закончилось. Поединок завершился за два удара сердца.

Свирепый боец на седьмой ступени Формирования Потока, гордость Дома Расколотой Наковальни, теперь лежал без сознания в собственной слюне.

Мин усмехнулся и посмотрел в сторону онемевших служителей арены, переминаясь с ноги на ногу.

Они поспешно бросились вперед. Заготовленные деревянные носилки с грохотом опустились рядом с бессознательным великаном, и четверо слуг (добавились еще двое, ибо такую махину едва удастся унести вдвоем) с великим трудом втащили обмякшего практика на доски, утаскивая гордость малого Дома прочь с арены.