Мне нужен стабильный, срабатывающий от удара о землю артефакт, который при этом создает контролируемый взрыв. Причем главное тут — безопасность для того, кто эту бомбу несет.

Размеры связки получались слишком большими, ни одна бронзовая пластинка не позволит столько на ней написать, нужно было придумать другое. И в итоге я не нашел ничего лучше, чем использовать оставшийся пергамент, который был подготовлен для Стабилизатора, посчитав вполне очевидным что он не нужен, когда есть готовый котёл.

Мне пришлось взять деревянный ящик, клей и приклеив туда лист, с готовыми рунами, нарисовать на бронзе шесть дополнительных накопителей, куда я сразу и слил весь свой повысившийся запас этера, пришлось даже Алекса привлекать, чтобы поделился энергией. Затем все шесть пластин были крепко зафиксированы на дне ящика, между ними и пергаментом, были прочерчены рунные связки, из моей крови, который позволяли отработать им в качестве накопителя.

— Ты правда думаешь, что это сработает? — спросил он.

— Понятия не имею, — честно ответил я, прочерчивая очередную руну на куске бронзы. — Но если не попробую, так и не узнаю.

— А если эта штука рванет прямо тут?

— Поверь, у нас тогда точно проблем не будет. — усмехнулся я. — Радуйся, всё достанется Стейни и Леви, пусть страдают. Я нынче равнодушен к взрывам бомб в моих руках.

Он фыркнул, но отвернулся. Знал, что спорить бесполезно.

Проблема была в том, что мне нужна была бомба, которая сработает от удара, без всяких фитилей. Механический детонатор я сделать не мог, знаний не хватало. Зато я мог использовать руны. Если начертить связку так, чтобы она разрывалась при физическом повреждении пергамента, то высвобождающийся этер из накопителей создаст взрыв. В теории.

А на практике я мог получить просто дорогую безделушку, которая шлепнется на землю и не сделает ровным счетом ничего. В общем, не смотря на то, что я был на девяносто процентов уверен в успехе, чувство что всё пойдет не так, периодически всплывало, но я продолжал на ходу собирать бомбу из подручных материалов, собирая ее воедино.

Затем я всё это аккуратно закрыл обычной бумагой, проклеив ее на несколько раз и засыпал мелкими камнями и кусками металла по самый верх, а потом заколотил ящик. Получился десятикилограммовый муляж хрен пойми, чего, который по идее должен был сработать при сильном ударе и разрыве напичканного рунами пергамента. И я пошел к Леви.

— Это что? — первым делом спросил у меня сержант, глядя подозрительно на аккуратно поставленный мной ящик.

— Очень большая бомба. — признался я. — Наверное.