Рукавицы у меня были, но ими очень неудобно хватать растение, если оно начнет извиваться и попытается вырваться, лучше что-то вроде щипцов.

Я поднялся и вышел в пристройку-сарай, где хранились старые инструменты. Покопавшись среди ржавых инструментов я нашёл то, что искал — длинные металлические щипцы. Старые, но функциональные. Такими, наверное, кузнецы вытаскивают раскалённое железо из горна. Непонятно, зачем они Грэму.

Разжег огонь. Пламя разгорелось быстро — угли ещё не успели полностью остыть после варки отвара. Я подбросил несколько сухих веток и дождался, пока огонь не разгорится достаточно сильно. Затем я надел рукавицы и взял щипцы.

Первым взял горшок с чернотерновым сеянцем. Щипцами аккуратно схватил стебель у основания, стараясь не задеть шипы. Растение дёрнулось словно живое существо, пытающееся вырваться — я почувствовал это даже через металл инструмента. Сильное!

Я вырвал его с корнем. Корневая система оказалась куда более развитой, чем я ожидал — за те несколько часов, что я спал, растение успело пустить корни глубоко в землю. Они были чёрными, толстыми и покрытыми мелкими волосками.

Я бросил его в огонь без сожалений: с такой скоростью разрастания корневой системы ползучий горец просто дитя по сравнению с этим монстром!

Пламя взметнулось вверх, став на мгновение ярко-зелёным. Растение задымилось, и я почувствовал резкий, едкий запах — что-то среднее между жжёным перцем и серой. Инстинктивно зажал нос и рот рукой, но было уже поздно — несколько вдохов я успел сделать.

Голова закружилась, а в глазах потемнело.

Чёрт!

Я отшатнулся от очага, кашляя. Дым был ядовитым. Конечно же, он был ядовитым! Это же хищное растение с ядовитыми шипами!

Схватив тряпку, которая лежала на столе, я плотно прижал её к лицу, закрывая нос и рот. Дышать стало тяжелее, но хоть не придётся вдыхать эту гадость.

Надо сделать яму во дворе для такого сжигания. Но сейчас останавливаться на полпути уже было нельзя.

Второго мутанта — кровяного ползуна — я вырвал так же осторожно и бросил в огонь через щипцы, даже не приближаясь.

На этот раз дым был красноватым и пах железом. Металлический привкус появился даже во рту, несмотря на тряпку.

Третий кактусоподобный вообще ничем не дымил, просто шипел и сопротивлялся пламени — оно его просто не брало!

Я подбросил еще дров и продолжил его держать: из всех мутантов он был самым «малоподвижным».

Когда все три мутанта сгорели, я открыл дверь и окна настежь, впуская свежий воздух. Ветер ворвался в дом, разгоняя ядовитый дым.

Я стоял у двери, жадно вдыхая чистый воздух и чувствуя, как постепенно возвращается ясность сознания.