Боль на шее усилилась. Я чувствовал, как кожа вздувается волдырями там, где лиана оставляла свои метки. Едкий сок разъедал плоть, и каждое движение твари только ухудшало ситуацию.

Семьдесят восемь лет прожил, чтобы сдохнуть от какого-то сорняка-переростка!

Злость придала сил: я снова рванул лиану и направил живу в руки. Удалось оттянуть её на пару сантиметров — и она вновь перехватила горло, только теперь ещё и обвилась вокруг моего запястья, пытаясь обездвижить руку.

Едва я сосредоточился на одном участке лианы (и она ослабла там), как тут же с удвоенной силой та сжалась в другом месте, чуть выше. Она перетекала, ускользая от моей хватки.

Не реагировать на боль! Поглощение! Надо истощить эту тварь! Если я могу высасывать энергию из сорняков в саду, почему бы не попробовать это здесь? Лишить эту дрянь сил, заставить её ослабнуть, отпустить… Она такой же сорняк, просто большой и сильный.

Я пытался поглотить лиану без использования Дара Симбионта — просто направляя волю и пытаясь вытянуть жизненную энергию из растения. Но ничего не происходило — связь не устанавливалась. Лиана оставалась чужеродной и непроницаемой для моих попыток. Ладно, значит Дар, выбора нет. Не хотел использовать на этой твари.

Через секунду я использовал Дар. Связь установилась мгновенно, но не мягко (как это было с мятой или другими растениями), а грубо и насильственно, словно я опустил руку в кипящую воду.

Мгновенно мой разум был захлестнут волной чужого враждебного сознания, в котором не было никаких мыслей и эмоций в привычном понимании — только инстинкты и повторяющаяся снова и снова мысль: «Сжать. Убить. Выпить. Вырасти. Сжать. Убить. Выпить. Вырасти.»

Это мутант. — понял я. — Растение, которое получило слишком много живы и превратилось в нечто, в хищника. Это была тварь, которая больше не довольствовалась водой, солнечным светом и минералами из почвы — ей нужна была кровь, плоть и жизненная сила других существ. И ей нужна была моя жизнь.

Лиана сопротивлялась моему вторжению, её воля давила на мою, пытаясь выбросить меня из своего сознания, но у меня не было выбора. Я должен как-то усмирить эту тварь, ослабить ее хватку и заставить себя выпустить. Какое там вытянуть живу! Я не могу пробиться сквозь эту стену воли!

Я послал мысленную команду «отпусти».

И наткнулся на чужую волю.

Отпусти!

Лиана продолжала меня сжимать, а я — сопротивляться. Несколько попыток,,высосать,, живу окончились ничем.

Хватка на шее усилилась, и боль стала невыносимой.

В этот же момент я понял кое-что важное: мой Дар был слишком слаб для такого противника, ведь я тренировался на послушных садовых растениях, на благодарных кустиках мяты, на сорняках, которые даже не понимали, что происходит и позволяли высасывать из себя живу, не в силах дать отпор. А это было совсем другое… Это растение сражалось, давило на моё сознание, пытаясь вытеснить меня из связи, которую я сам же и установил. Его воля была простой, но невероятно концентрированной — как таран, который бьёт в одну точку снова и снова. УБИТЬ. УБИТЬ. УБИТЬ. И это давало ей преимущество. Я был не готов к такому.