Моя воля была рассеяннее, человечнее, а потому слабее в прямом столкновении. Я думал о слишком многом: о боли в шее, о нехватке воздуха, о Грэме, который ждёт дома, о долгах, о чёрной хвори…

Чертовы мысли не давали покоя, мешали собраться!

Сосредоточься, давай!

Ничего сложного! Эта тварь тупая как пробка, нужно просто сделать то же самое, что и она. Надо просто давить на нее так же, как она давит на тебя!

Я мысленно выстроил стену — не физическую, конечно, но ментальный образ, за которым можно было укрыться от давящей воли твари. От ее тупой однообразной мысли, убить,. Я отгородился — провёл черту между собой и чужим сознанием. Вот она, а вот я. Сюда не суйся.

Это дало мне короткую передышку, за которую я успел выбросить прочь лишнии мысли и сконцентрироваться на главном, на атаке, потому что в защите не победить. Я чувствовал как воля твари пытается проникнуть и обойти стену, но я держал крепко.

Теперь моя очередь.

Отпусти! — Я снова послал мысленный приказ. Но на этот раз это были не слова, а скорее мощный образ-импульс. Я приказывал разжать хватку и отпустить добычу.

Лоза дёрнулась и сжалась ещё сильнее. Она сопротивлялась.

НЕТ.

Ответ пришёл не словами, а волной отрицания и упрямого, тупого сопротивления. Тварь не собиралась отпускать то, что уже почти поймала.

Я понял, что моему приказу чего-то не хватает. Воли, живы — всего этого вместе.

ОТПУСТИ!

На этот раз я вложил в приказ всю свою волю и живу — всё, что у меня было.

Странное ощущение: на мгновение я стал растением. Почувствовал себя лозой, ощутил свои… её… витки на чьей-то шее. Своей шее.

Я снова отдал приказ.

ОТПУСТИ!

Четкий приказ без двусмысленностей, которого она должна слушаться, потому что слабее, потому что растение, а не человек.

ОТПУСТИ!

Лиана дёрнулась, но одна петля немного ослабла.

ЕЩЕ! ОТПУСТИ!

Петля ослабла еще больше.

Я почувствовал, как в лёгкие ворвался воздух и сделал жадный, болезненный вдох.

ЕЩЕ!

Медленно и неохотно, миллиметр за миллиметром лоза начала отпускать мою шею — она подчинялась! Я ощутил ее замешательство и непонимание, и продолжал давить. Кроме этого одного, мощного приказа были еще десятки помельче, которыми я безостановочно атаковал чужую «волю». Я сам превратился в сгусток напирающей на врага Воли, который хотел одного — жить. И сейчас моя жажда жизни была сильнее, чем ее желание убить меня.

ОТПУСТИ. ПОЛНОСТЬЮ. СЕЙЧАС.

Последний виток лианы соскользнул с моей шеи. Она, словно обычная верёвка, безвольно упала на землю. Будто секунду назад не она пыталась меня убить.

Но я чувствовал её через связь — она всё ещё хотела убить меня и жаждала моей крови, хоть это желание сильно ослабло. Но больше атаковать лиана не могла — моя воля держала её как железные тиски.