Но моё внимание привлекло другое: сейчас была самая рань, и в целом ничего удивительного в командах сборщиков, да и молодых Охотниках не было. Вот только сегодня всё было немного иначе — Кромка была оживленнее обычного.

Грэм подошёл поближе к ограде и тоже посмотрел в ту сторону.

— Начали прочёсывать, — сказал он. — Будут проверять Кромку и часть глубин.

Вот от этой новости мне стало спокойнее. Удивительно, вроде о расширении Хмари, скорее всего, уже старые охотники знали, но никто не стал прочесывать усиленно Кромку в поисках случайно прорвавшихся опасных существ, зато на Гиблых отправили кучу отрядов.

— Но это не поможет. — Грэм покачал головой. — Шипящего так просто не поймать. А его змейки всё равно доберутся до нашего дома, если он захочет. Да и никогда он не примет прямой бой, не в том его сила — она в ловушках, в ядах и засадах. И с таким как он наши могут потерять людей и ничего не добиться.

— Но и ничего не делать они не могут. — ответил я.

— Да. Но это его хотя бы спугнет.

— Ну, у нас теперь есть надёжная охрана. — заметил я, взглянув на мурлыку.

Грэм приподнял бровь и со скептицизмом во взгляде посмотрел на Седого, который всё так же храпел на заборе, а его лапки иногда подергивались — видимо, ему снилась охота.

— Это он-то?

— Зато ему всё видно. — попытался я его оправдать. — Да и вообще — он наверное ночной охотник.

— Да уж, змейку он убил ловко, — признал старик.

Грэм вернулся к ступенькам, взял свой топор и сказал:

— Пойду в Кромку. Есть силы и желание восстановить живу.

— А как насчет…грибов? — спросил я.

— Не сейчас. Когда вернусь, тогда да, а сейчас я хочу быть с силами, если что.

Я смотрел на Грэма и понимал, что он хочет быть там, с теми Охотниками, прочесывать Кромку, потом зайти в глубины и там искать врага, а не сидеть на крыльце и смотреть как работают другие. Так что причина была скорее всего вовсе не в желании восстановить живу, а быть поближе к…своим.

— Хорошо. — кивнул я.

Грэм свистнул Шлёпе, и они направились к лесу. Гусь важно вышагивал рядом с хозяином.

Я остался один. Ну, почти один. Улитка-живосвет медленно ползла по грядке. Седой храпел. Ладно, нечего сидеть первым делом — растения.

Я медленно прошелся вдоль грядок, останавливаясь у каждого куста. Прикосновение Даром, передача живы, короткая проверка состояния… Утомительное занятие, но сейчас, утром, было в нем что-то успокаивающее и расслабляющее. На мгновение прикоснуться человеческим сознанием к растительной жизни и ощутить ее спокойствие и неспешность. Особенно добавляли уютной,,атмосферы,, сверкающие в лучах утреннего солнца жужжальщики. Своим низким гудением они успокаивали и погружали в какое-то расслабленное состояние. Всегда любил таких,,толстопузиков,, вроде тех же шмелей. Жужжальщики явно,,прижились,, в нашем саду и облетали одно растение за другим, присаживаясь и стряхивая на них свою сверкающую пыльцу. Да…сюда бы еще пасеку, вообще бы была красота. Я вздохнул. Красиво. А недавно тут были сплошные сорняки.