— Это срочно? — спросил на всякий случай.

— Да не, потерпит несколько дней. Да, чуть не забыл, завтра зайди во второй подъезд, там на вахте лампа настольная барахлит, то работает, то нет, жаловались.

— То потухнет, то погаснет? — пошутил я, — Сделаю. Ладно, Ксаныч, доброй ночи.

— Иди уже.

Посмотрел на часы, спать еще рано, хотел часть книг привезенных разобрать. Спустился в подвал, зацепил пару связок, да потащил в комнату. Вот не зря я себе стеллаж под книги сделал — есть теперь, где разместить библиотеку. А увесистые у меня стопки получились, но это не удивительно — большинство томов толстые и большого формата, эдакие томищи.

Дверь оказалась открыта, за вторым столом что-то писал весьма габаритный парень, обложившийся книгами. Я сразу же включил верхний свет, а то темно.

— Привет, — как говорят чукчи, тот, кто пришел, должен здороваться первым.

Парень что-то промычал, подняв руку, предупреждая, чтобы не отвлекал. Да я даже не собирался. Разрезал бечевки на обеих книжных кипах, начал сортировать тома, убирая на книжную полку. В принципе, места должно хватить, даже еще немного пространства останется. Учебники у меня стоят отдельно на специально выделенной полке. Пару книг на английском оставил, хочу полистать и завтра в институт захвачу, хочу Урбану показать.

— Можно посмотреть? — о, сосед решил проявить интерес.

— Да, пожалуйста.

Здоровяк углубился в изучение моей библиотечки, изредка хмыкая чему-то своему. Потом отвлекся:

— Ренат Сагдеев, аспирант, — сосед протянул мне руку, внимательно глядя на меня кристально-ясными голубыми глазами.

Типичный такой татарин, блондинистый. Судя по всему, его внешность вызывает вечные вопросы, чего он и от меня ждал, а я вот удивляться не стал — прекрасно знаю, что среди этого народа белобрысых хватает. И не удивительно — у одного из старых арабских путешественников века так 12-го было написано, что ему казанские татары так и говорили, что их народ — смесь славян и тюрок.

— Александр Гарин, первый курс, — ответил, пожимая руку.

Сосед явно удивился, ибо, где же это видано, чтобы первокурсников вместе с аспирантами селили. Но спрашивать ничего не стал, а я сам с объяснениями лезть не стал. Тут Ренат увидел книгу, которую я читал.

— Ты, что, по-английски читаешь? — спросил он удивленным тоном.

— Свободно.

Взяв у меня том, он полистал его, просматривая иллюстрации.

— Это по геологической истории?

— Точно, там весьма интересно описано, в Москве в «Академкниге» взял.

Сосед посмотрел на меня озадаченными глазами, отошел к своему столу. Точно татарин, они такие, себе на уме, им всегда обдумать нужно вопрос. Сейчас он в недоумении, не вписываюсь я в каноны. Парень на первом курсе всего, а покупает профессиональную литературу, в комнате для аспирантов живет, упакован неплохо, английским свободно владеет. Вот сто пудов, решит, что я какой-нибудь мажор после спецшколы. Другое дело, что нечего мажору делать в Магаданском политехе, да еще и в обычной общаге жить. В общем, словил соседушка когнитивный диссонанс. Теперь думу будет думать.