Я предложил родителям делать тушёнку из субпродуктов. Папа подумал-подумал и поддержал. Поэтому всё мясное, что не вмещалось в морозилку, мы варили и закатывали в банки. Я варил, я и закатывал. Ты придумаешь, тебе поручат, тебя и накажут, если что… Закон! Да и не закатывали. Наваришь потрошков большую кастрюлю и берёшь их для первого и второго блюда. Добавил лука, морковки и ещё чего-нибудь, сделал подливку, вот тебе и второе блюдо. Или супчик… Я и готовил, чаще всего. У меня времени больше, чем у родителей было. А что там готовить? Пока варится — уроки учишь, делов-то…

Вчера отварил трепанг, нашинковал. Отварил свинину и нарезал тонкими ломтиками. Мясной бульон в пятилитровой закручивающейся банке от болгарских огурцов с помидорами «Глобус» был налит. Взял с собой свой котелок, мало ли? Даже костёр развёл свой и поставил всё это на огонь. Минут через двадцать, когда трепанг разварился, я засыпал овощи и мясо, а ещё через десять минут, мы угощались скоблянкой из трепанга со свининой.

Пока занимался приготовкой деликатеса, с Игорьком занимался «Серёжа» и неплохо занимался. «Серёже» было лет тридцать и обращаться с детьми он умел. Наверное свои такие же были. Вопросов лишних я не задавал, а вот Николай задал.

— Что у тебя в тайге случилось? — спросил он. — Кто-то в кого-то стрелял?

Я глянул на майора внимательно.

— Поручили разведопрос провести? — спросил я.

— Не то, чтобы… А ты откуда про разведопросы знаешь?

— Да, так… Слышал. Или читал.

— Не мог ты слышать или читать. Это оперативная деятельность. Она секретная и разговаривать про неё нельзя. Разглашение.

— И что? Я подписку о разглашении не давал. Привлечёте меня?

Я позволил себе улыбнуться, хотя внутри у меня всё напряглось. Понятно было, что пришло время опросов и допросов. Странно, что они меня раньше не вызвали. Ефрем должен был сразу написать заявление в милицию.

— Нет, конечно. Да я и не в том управлении служу, где привлекают. Мы служба охраны. Просто интересно, кто это язык за зубами не держит? Из наших, кто-то или из МВД?

— Не помню я, — пришлось уйти в несознанку.

— Да, и ладно. Так, что там у вас приключилось?

— У нас ничего. Стрельбу слышали. Ефрем сказал, что на охоту не похоже. Хотя… Кто его знает, в кого стреляли? Может в тигра или медведя? Может зверь какой-то напал на людей?

— Сколько выстрелов слышал?

— Одиннадцать.

— Точно?

— Точно?

— Сам считал?

— Мы с Ефремом.

— Понятно.

Николай задумался.

— Как всё было?

Я рассказал нашу с Ефремом легенду.

— Так и что там случилось? Кто в кого стрелял-то?

Николай посмотрел на меня задумчиво.