Я вроде как поддавшись окружающему нас пейзажу, выразительно продекламировал, стараясь придать голосу веселой таинственности:

— Над этой землёй нависли тени, как сон веков, прошедших прежде нас. Скрывая мир минувших поколений, над плитами склонился пышный вяз. Печальный ряд — могила за могилой, и мёртвая листва шуршит уныло, о тех, чей голос в вечности угас. И призрак одиноко и сурово: идёт, ступая в прежние следы. Невидим он, но сказанное слово, звучит, как заклинанье от беды. И только посвящённые поймут, что это Грациано, гуляет тут.

Перефразировав последнюю строку стихотворения, я замолчал. Игроки пребывали в легком замешательстве. Реакция их была разнообразной: от сомнения в моей адекватности до огонька поощрения. Забавно, что эти две крайности я прочел в глазах представителей одного клана — «Посох и меч». «Темная Луна» же была более бесстрастной. Орк и орчанка равнодушно отнеслись к стиху.

После его окончания Чертовсон на бегу выдохнул:

— Браво. Я думал, ты максимум можешь пару матных куплетов сбацать под гитару где-нибудь в овраге, а тута вона чего… Что там дальше-то по локации, лидер?

Хм, эффект вышел совсем не тот, на который я рассчитывал. Не удалось сбить их допросный настрой. Может, все-таки надо было сразу выложить последнюю инфу?

Я кисло улыбнулся. Ситуацию попытался исправить «святой». Он легкомысленно махнул рукой и громко сказал:

— Не обращайте внимания. У него такое бывает. В целом, Грац довольно адекватен. Просто любит он всякую рифмованную ерунду.

Ему поверили: как-никак Кот дольше всех знает меня. Мало ли какие загоны у человека? Чем бы лидер ни тешился, лишь бы через локацию провел. А стихи невпопад — это еще мелочь. Только Вильгельмина как-то странно посмотрела на меня. Остальные же просто сделали зарубку на будущее. Фух, вроде пронесло.

Раскрушитель посмотрел на меня и неожиданно произнес, перепрыгивая пенёк:

— А я вот черно-белое кино люблю.

— Межрасовое порно? — заржал Чертовсон.

Парень скрипнул зубами, до хруста сжал кулаки и понесся вперед, оставляя далеко позади отряд. Затем резко остановился — выносливость кончилась. Группа его догнала, и тут же выскочило еще одно оповещение:

Внимание! Вы приближаетесь к враждебной всему живому зоне! Штраф: −20% ко всем параметрам, умениям, навыкам; +20% ко времени восстановления зелий, умений, навыков.

Твою мать. Оповещение было подобно бензину: любопытство и волнение разгорелись с новой силой. Песню, что ли, им теперь спеть?

— Рассказывай, — потребовала Вильгельмина. — Мы должны знать куда идем. Это элементарное правило любой командной игры — для того, чтобы понимать, как нам действовать дальше. А ты…