В руках наёмника появилась шкатулка, которая до этого была спрятана в тайник. Уж кто-кто, а Гвидо знал, как жизнь может поворачиваться к тебе то одним, то другим местом. Хотя бы по опыту всех его «клиентов». А потому под одной из половиц хранил последний жертвенник, который он решил приберечь на чёрный день, а вместе с ним десять золотых и несколько крупных самоцветов. Тайник, конечно, был не единственным, но всё же…

— И что ты этим хочешь мне сказать? Что если отпущу тебя с находкой, то ты уйдёшь с миром?

— Знаешь, подобные мысли действительно могли бы прийти в мою голову. Но до меня дошли слухи… Что не так давно у тебя состоялась встреча с ещё одним нашим общим знакомым, купцом Квилькомом. И он эту встречу не пережил.

— Выходит, что и разговор был зря? — спросил Гвидо, сам уже продумывая план отступления.

Мазай — слабенький маг, и без поддержки своих бойцов мало что сможет сделать. А вот люди Гвидо придут по первому его зову, нужно лишь крикнуть погромче. К тому же новый защитный артефакт был на порядок сильнее прежнего, и выдержит несколько ударов полноценного боевого мага, а не то что этого недоучки. Даже странно, что он так уверенно себя ведёт, будучи пойманным на краже. Блефует?

— Зря? Но почему же? Просто я подумал, вдруг ты поделишься со мной информацией, где спрятал остальное? Тебе оно всё равно уже ни к чему.

— Вот как? Что ж, ведь я тоже буквально недавно вспоминал о тебе и твоих людях. Кстати, они тоже где-то здесь? Нет? Что же ты не привёл их с собой? Одному тебе, боюсь, в клетке будет одиноко.

— То есть твой ответ «нет»?

— Не обманывайся, Мазай. Ты слаб, и таких как ты я жру каждый день! Бойцы! Все ко мне! Враг в…

Горсть сплетённых из теней и воздуха сгустков врезалась в грудь Гвидо и с оглушительным треском вышвырнула его в коридор вместе с сорвавшейся с петель дверью. От удара об стену мир закружился и пошёл расплывающимися пятнами. Судорожный вздох обжёг резкой болью, а выдох смешался с кашлем, заполнившим рот кровью.

В коридоре послышались крики и топот бегущих ног, это его люди спешили к нему на помощь. Ещё не всё потеряно, он ещё… Расплывающийся силуэт наёмника склонился над ним и сорвал с шеи не спасший его амулет.

— Я уже не тот, что раньше, Гвидо. Совсем не тот. Передавай привет отцу.

Сверкающая всполохами искр полоска из чистой силы была последним, что своим мутнеющим взором увидел хозяин поместья. Но прежде, чем его покинули и остальные чувства, была ещё боль. Очень много боли.

* * *

Закончив с главным ублюдком и уже видя спешащих ко мне его вооружённых и злобных подельников, я метнулся обратно в кабинет Гвидо, расположенный на втором этаже загородного особняка, откуда через приоткрытое окно выскочил наружу. Две «ступени» и перекат нивелировали высоту, а «прилив» помог преодолеть расстояние до внешний стены усадьбы в полтора раза быстрее. По пути я «тараном» отмахнулся от спешащего ко мне верзилы с топором, и тот кубарем полетел по подстриженному газону. Ещё три «ступени», и я перемахнул через забор, попутно получив стрелой в свой «щит», который от этого даже не шибко просел.