Тут уже подоспел Меркаш, при помощи Колтуна притащив ко мне обоих помощников капитана. Эти тоже были тауронцами, а потому даже в момент опасности смотрели на меня с вызовом и превосходством.

— Жить хотите? — спросил их я. — Только отвечайте быстро. На разговоры нет времени. Пока я склоняюсь выкинуть вас за борт, как и всё не нужное, чтобы облегчить работу гребцам. Но если сможете помочь, то обещаю сохранить вам жизнь. Отвечайте!

— Что нужно сделать? — наконец спросил один из них.

— То, что и было оговорено. Направить корабль в порт. Поставить парус и сделать так, чтобы эта галера пришла туда как можно быстрее.

— Как мы можем быть уверены, что нам сохранят жизнь?

— Да никак, разве что поверить на слово. Зато я могу гарантировать, что если пользы от вас никакой не будет, то я прямо сейчас вышвырну вас в море, предварительно пустив кровь.

— Хорошо, я проложу курс, — решился первый.

— Я займусь парусом, — сдался второй. — Но нужен ещё один человек, который не боится высоты.

— Ну вот и отлично. Но помните, что ваша жизнь напрямую зависит от того, придём ли мы туда первыми, или нет. За работу!

Несмотря на все предпринимаемые усилия гезирские галеры продолжали приближаться, но расстояние сокращалось уже не так стремительно. Когда впереди, наконец-то, показалась портовая бухта Новой надежды, нас разделяла всего лишь пара лиг.

— Правь в сторону пляжа! — приказал я рулевому. На швартовку в порту у нас уже не было времени.

— Но сейчас прилив, если мы зароемся в песок, то уже не сможем выйти в море!

— Я сказал к берегу! — рявкнул я, добавив «страха» к своим словам.

Не думаю, что эта галера в ближайшее время куда-то поплывёт. Да и мне было на это откровенно насрать. А вот опасность увязнуть на мелководье во время прилива охладит пыл гезирцев и даст нам немного лишнего времени.

Гребцы работали на износ, обеспечивая нам заветные минуты. Перед самым берегом помощник скомандовал разворот, и вёсла на разных бортах заработали в противоположном друг другу направлении.

— Навались! — заорал я, когда мы наконец-то развернулись кормой к берегу. — Вы же уже чувствуете запах свободы⁈

Наконец послышался заветный звук скрежета днища по песчано-каменистому дну, означающий, что мы на месте. Ещё несколько секунд тяжёлый корпус судна тащило инерцией вперёд, после чего галера, слегка накренившись, замерла как вкопанная. Мои люди, только и ждущие этого момента, скинули полозья для трапа, а затем покатили по ним дощатый настил. Ещё не успел он коснуться мелководья, как оба помощника капитана прыгнули за борт и поплыли к берегу, спасая свои жизни.