Сосна, об которую ударился Владимир, и вправду оказалась вся в сучках. Но все равно, насколько должно «повезти»… ладно. Осматриваясь, я заметил то, чего раньше не видел. Небольшой… окопчик что ли? Полметра глубиной, дно заложено ветками. Рядом на земле лежал Калашников. Не укороченный, как у меня, а длинный, да еще с оптическим прицелом. Благодаря камуфляжным полоскам корпус почти сливался с травой.

Может, и рюкзак спецназовца неподалеку? Вдруг, у него компас есть нормальный или труба подзорная. Оба моих бинокля не выдержали падения со скалы и теперь лежали мертвым грузом на дне рюкзака. От спутникового телефона с полной зарядкой я бы тоже не отказался.

Несколько минут топтался на месте, уже хотел дальше пойти, когда разглядел среди травы… нитку. Осторожно потянул — еще одной гранаты мне не хватало — оказалась привязана к одной из деревяшек, из которых было собрано ложе. Второй конец уходил в глубину леса. Я пошел вдоль нитки. Тщательно смотрел под ноги и по сторонам, не забывал и про мертвозрение. Священник приучил быть бдительным. Минуты через две-три уперся в скалу. Только… только я в этом месте прежде не был! Могло показаться, что лес простирается на десятки, а то и сотни километров, но примечательных мест было несколько:

1. Поляна с черным пятном от гранаты. В тридцати метрах от нее — высокая крутая скала.

2. Река.

3. Берег реки. Вдоль реки — пологий склон, трава. Растут отдельные деревья, отдельные кусты.

4. Глубокий лес, откуда не видно ни полян, ни реки.

Куда не пойдешь — в итоге оказываешься на поляне. При этом река и лес выглядят, будто их из кусков, нашлепанных на «3D»–принтере, составили. Двигаясь по прямой, я мог увидеть одно и то же перевитое и разтроившееся в середине дерево десять-пятнадцать раз за полчаса. Потому меня и удивило так новое место. Скала, но некрутая, с тропкой, ведущей вверх.

Спустя пять минут я поднялся на ту самую площадку, с которой почти месяц назад упал: она была заметно шире самой тропы, даже какие-то чахлые кустики торчали из камня. Нитка, вдоль которой я шел, закончилась надетыми на камень трусами. Почти полностью распущенными — кроме резинки оставалась всего пара сантиметров. Рядом лежал рюкзак спецназовца и аккуратно сложенная плащ-палатка. У крошечного костровища в ряд стояло с полдюжины пустых банок из под тушенки. Я осторожно подошел к краю… нет, моей полянки не видно — только река, лес и такая же скала в нескольких километрах напротив, с другой стороны долины.

Выходит, Владимир здесь прожил первые дни. И, скорей всего, если просто пойти по тропе, то до леса не дойдешь — вернешься сюда же. Интересно, как он догадался? Разумеется, я бы тоже в итоге все понял… наверное.