Нормонд был островным государством и пользовался славой главной морской державы. Правда, по тем книгам, что читала Ила, создавалось впечатление, что нормондцев все считают немного глуповатыми, но в чем причина принцесса пока не разобралась. Лично она нормондцев пока не встречала.

— Неужели? Я думаю, это очень хорошо.

— Да! Сиквестры Сайнесса — это произведение искусства! А Верхний Ветер — лучший сиквестр Сайнесса! Пройдемте в боевое ядро, там вы такое увидите!

— Следуем за вами, нэр.

Иле сразу понравился молодой человек. От него будто веяло легким безумством, но он был влюблен в свою работу, и явно находился на своем месте. Принцесса даже подумала, что неплохо будет поспособствовать его карьере. Судя по знаку под имперским тиском, пока он числился служащим всего лишь шестого ранга надзора границ.

—Ты только посмотри на него ! — Луиза как всегда веселилась. —Он же ревнует !

Говорила она, конечно, о Терикане, и о том, какие взгляды он бросал на нера Молотика. Ила давно выяснила, что ее «друзья» могли видеть и слышать то, что не замечала она сама. Но в определенных пределах. Они слышали и видели то, что она сама могла бы увидеть или услышать, если бы смотрела в тот момент в другую сторону. Ила не заметила, чтобы Терикан морщил веки в сторону граничника, но Луиза заметила. А уж случаев, когда Диана или Луиза сумели понять что–то лучше или быстрее нее было не сосчитать. Про номме Риверанда и говорить не стоит. Казалось, он вообще знал раз в десять больше чем она.

Несколько кругов назад леона Серанора уговорила ее провести эксперимент и в течении половины схождения не слушать «друзей» и не обращать на них внимания. Она честно выполнила ее просьбу. И все это время Диана, Луиза и остальные старались не попадаться ей на глаза, прятались по углам, молчали. Даже Кевин не капризничал. Ила и прежде не могла воспринимать их как болезнь, но после того случая прониклась к своим дополнительным личностям такой нежностью и любовью, что даже разговоры о том, чтобы «попробовать новое лекарство» стала принимать с сильной неприязнью.

—Может, лучше придумаешь, как сделать, чтобы он… перестал влюбляться? — мысленно спросила Ила.

—Нужно найти для него кого-то другого, кто ему больше понравится, — предложила Диана.

— Бесполезно! — ответила уверенно Луиза. — Лучше нас никого нет!

— Да, пожалуй, это справедливо… Тогда надо, чтобы он подумал, что тебе кто-то другой нравится.

—Диана, ты могла бы ее и не поддерживать.

Внешне сиквестр походил на колоссальных размеров морскую черепаху. Собственно, основание и крыша корабля назывались верхним и нижним панцирем. Между панцирями размещались внутренние помещения. В случае с Верхним Ветром речь шла сразу о трех палубах. Как рассказал Иле Молотик, в боевой порядок сиквестор переходил за четыре с половиной листа. При том, что большинство однопалубных сиквесторов успевали это сделать за три листа — скорость феноменальная. В боевом порядке верхний панцирь соединялся с нижним, после чего мог даже перевернуться по ходу сражения — и не выбыть из боя. Правда, Ила не знала, что могло бы заставить корабль длиной в две сотни мечей перевернуться.