Утром, что удивительно, Гоша был как огурчик. Сначала позвонил по телефону, потом припёрся ко мне.

— Дёрнешь?

— Не, — замотал он головой. — мне отец какие-то немецкие таблетки дал с утра, сразу всё прошло. Серый, он ведь всё знает.

— Кто знает?

— Отец мой. Ты уж извини, я вчера по пьяни проболтался про наши проблемы.

Ну вот, блин, только этого не хватало! Ну Гоша, впредь ты от меня и рюмки не дождёшься!

— И что он?

— Не знаю, я отрубился. А с утра ничего мне не сказал, только вот таблетку дал. Ну и я не спрашивал. Сказал, что сегодня мне лучше дома отлежаться.

— Понятно…

На самом деле всё было совсем непонятно. Понятно было то, что отец Гоши должен как-то отреагировать, так как дело касается его сына. Задета, так сказать, честь семьи. И как взрослый и более опытный человек он может дать и совет, и сам предпринять какие-то действия.

Вопрос — какие? Я знаю, что у него в банке есть своя служба безопасности, которая, не исключено, способна выполнять и не совсем законные действия. Рискнёт ли Марк Ефимович дать приказ разобраться с Чернышёвым и Козырем? На этот вопрос может ответить только сам Абрамов.

А что, если… Хм, заманчиво, но согласится ли на это Марк Ефимович? Это надо с ним самим перетереть.

— Твой отец ещё дома?

— Не, он как уехал к 8 утра — я к тебе сразу.

— А дома он, я так понимаю, появляется не рано?

— Ещё как не рано, бывает, и в 10, и 11 вечера возвращается.

— Сможешь устроить мне с ним встречу в банке, желательно до обеда?

— Зачем это тебе?

— Есть у меня одна мыслишка. Тебе потом скажу, не хочу сглазить. Ну так что, устроишь?

— Да не вопрос, могу прямо сейчас с твоего позвонить.

— Валяй.

Секретарша сразу же соединила Гошу с отцом, тот быстро доложил мою просьбу и, положив трубку, кивнул мне:

— Ну что, можешь ехать. Сказал, что до двенадцати часов время у тебя есть. Охрана предупреждена, пропустят.

Сборы оказались недолгими, и через двадцать минут я уже открывал дверь гаража. А ещё пятнадцать минут спустя парковался напротив входа в двухэтажное здание банка. Охранник на входе действительно был в курсе, только попросил предъявить какое-нибудь удостоверение личности. Паспорт у меня всегда с собой, сверив мою физиономию с паспортной. Тот остался доволен и попросил подождать. Набрал из своей пуленепробиваемой будки кому-то, вскоре за мной спустился моложавый клерк с прилизанным пробором.

— Сергей Сычин? Идёмте за мной.

Кабинет Марка Ефимовича располагался на втором этаже. В приёмной молодой человек меня оставил, передав на попечение секретарше — строгой и ухоженной даме бальзаковского возраста.