— А на самом деле мы поедем закрывать дыру?
— Именно.
Моя рука лежала на щеке Рауля, прижатая его рукой, и я не торопилась её убирать. Да что там не торопилась — не хотела. Уж такую малость мы можем себе позволить, как бы ни злилась Марсела.
— Но вдвоём?..
— Хотите взять Альвареса? — усмехнулась я. — Тогда Марсела догадается. Его придётся оставить. Будем только вы и я. Двух магов для закрытия достаточно, особенно если они сильные маги. А мы с вами сильные, Рауль.
— Но ваша репутация?..
— Катарине Кинтеро всё равно предстоит исчезнуть, так какая разница, с кем и куда она ездила?
— Вы ещё не оправились после истощения.
— Практически оправилась. За пару дней, что мы будем добираться, оправлюсь полностью. Вы же сами понимаете, Рауль, у нас нет времени.
Руку я всё-таки забрала, но только потому, что за спиной послышался голос Бернара:
— А ведь вы правы, донья, Её Высочество под флёром. Мне это даже в голову не пришло, поэтому не проверил раньше. Наверное, слишком мало времени прошло с выхода из анабиоза, мозги пока не работают, как надо.
— А под чьим, вы определить можете?
Он молнией взлетел на плечо Рауля и ответил:
— Я мог бы только определить, флёр ли это того Сиятельного, что рядом. Но рядом, кроме вас, нет ни одного Сиятельного и даже следа их. Вот если бы именно вы придавили флёром Её Высочество, я бы сразу сказал, но увы…
Он подал мне идею.
— А если я придавлю флёром, не сможем ли мы выяснить, с кем она делилась своими знаниями? Я, правда, никогда этого не делала…
— Не сможем. Во-первых, под зельем у вас это не получится, а во-вторых, флёр слишком свежий, чтобы на него лёг другой, — отрезал Бернар. — Но следы ещё одного есть, и это был флёр другого Сиятельного, потому что они не слились.
Его хвост свешивался с плеча Рауля, как парадный аксельбант, и вообще они вдвоём выглядели так, что будь у меня возможность — непременно бы зафиксировала это мгновение для вечности. Но и без того оно навсегда останется в моей памяти.
Глава 25
Марселе я сообщила, что мы с Раулем всё обговорили и что я выеду завтра рано утром. Но, по понятным причинам, это её не устроило: мало ли что может случиться до утра. Это я сейчас говорю, что совершенно с ней согласна, а за ночь передумаю и останусь. В принципе, такой вариант с Раулем мы рассматривали, поэтому сейчас у меня на плече сидел Бернар, невидимый для окружающих. Как оказалось, фамильяра видят отнюдь не все, а только те, кому он мог и хотел показаться. Марсела не видела.
— Катарина, вы должны уехать немедленно, — высокомерно вскинув голову, цедила она. — Немедленно. Отсрочка опасна. Рауль непременно к утру придумает что-нибудь, чтобы вас задержать.