— В Нарьян-Мар?
— В Киев, идиот! И поторопись: вылет через четыре часа.
Фрагмент 25
Лёля Киевская, встретившая Беду в Борисполе, даже слушать ничего не захотела про гостиницу.
— Что, у меня места в квартире мало? Если бы вся ваша бригада прилетела, то я бы ещё подумала, как вас разместить. А так — спи в кабинете Арнольда.
Достичь компромисса удалось лишь пообещав, что в гостиницу он переберётся, только переночевав у Морковкиных.
Узнав, ради чего Колька в Киеве на этот раз, хозяйка «Анти-оранжа», нёсшаяся по Бориспольскому шоссе со скоростью 160 километров в час (едва придя к власти, Йухченко отомстил ГАИ за историю со срывом переброски внутренних войск, расформировав Госавтоинспекцию), едва не улетела с дороги.
— Как уже подписали письмо⁈ Это же нигде не обсуждалось, ни в правительстве, ни в Раде, ни в прессе! Они не могли этого сделать тайком от депутатов!
— Вот копия письма, — помаячил бумажкой перед носом Лёли Беда и быстренько спрятал в сумку ноутбука, пока та не бросила руль, чтобы прочитать прямо на ходу. — Приедем домой — ознакомишься.
— Твою мать! — зарычала Морковкина, врубая поворотник и резко уходя на обочину.
Прочитав текст, она достала мобильник и принялась тыкать пальцами по кнопкам.
— Алё, Борюсик. Приветик, эта Лёля Киевская. Слушай, Борюсик, у вас в Раде вчера или сегодня обсуждалось письмо ШБ?.. Как какого ШБ? ШБ — это Шилом Бритый. Письмо с просьбой принять Украину в НАТО… Да никакая не херня! Я его копию в руках держу! Подписано Вийкой и Кроликом Сеней… Ну, естественно, Цуценюком! Как будто не знаешь, что Семёна Израилевича все Кроликом называют!.. Я не дома, я в машине, отсканировать не могу, но могу прочитать… На Бориспольской трассе… Хорошо, тогда давай, я к тебе в офис заеду. Через полчасика будем!
Борюсик оказался депутатом Верховной Рады из фракции коммунистов, кругленьким, как колобок, мужчиной с девичьим румянцем на пухлых щеках, по фамилии Горлица. А офис — редакцией газеты «Коммунист», официального органа ЦК Компартии, и располагался в самом начале улицы Киквидзе, рядом с Печерским путепроводом через бульвар Дружбы Народов.
— А у Вас откуда это письмо? — недоверчиво глянул Горлица на Беду.
Колька предъявил журналистское удостоверение и, даже не соврав, пояснил, что своих информаторов он никому не раскрывает.
Борис, вручив гостям свежие выпуски «Коммуниста» и попросив немного посидеть в приёмной, сделал несколько телефонных звонков. Сквозь плотно закрытую дверь доносились только звуки высокого голоса Горлицы, но слов невозможно было разобрать. В конце концов, главный редактор выкатился из кабинета и в знак благодарности за суперважную информацию принялся влохновенно трясти руки Морковкиной и Беде.