Впрочем, окончательное решение этой загадки пришлось оставить на лучшие времена. «Элита» настолько расходилась, что о’БАМ, насмотревшись на жаждущих продолжения праздника украинских «видных деятелей», по-английски укатил в посольство, а «диячи» принялись доставать студентов, весь вечер пиликавших на кобзе и арфе украинские народные песни, заказами на исполнение «Мурки». Наслаждаться «Муркой» на арфе Беда не стал: ему нужно было срочно связаться с Вадимом Вадимовичем.
Фрагмент 26
Утром, собираясь снова на Майдан, Колька нашёл в своём электронном почтовом ящике коротенькое письмо от Вовы Иващенко, отправленное в семь утра: «Сволочь ты, Беда!». Но не обиделся, зная, какую «весёлую» ночь он устроил лейтенанту.
На проезд кортежа американского президента майор опоздал. Буквально на пару минут, как он понял, выходя из метро прямо на Майдане. Ещё выросшая по численности толпа коммунистов, разбавленная активистами Ветрянки, продолжала по инерции выкрикивать «Янки гоу хоум», но регулировщики на перекрёстке Крещатика и Институтской уже махали своими жезлами, запуская автомобильное движение по главной улице города. А над городом уже плыли орудийные залпы, доносящиеся со стороны секретариата президента.
— Это ещё что? — спросил Колька Морковкину, тусовавшуюся, как всегда, неподалёку от трибуны. — Неужто «оранжевых» свергают?
— Если бы! — раздражённо ответила она. — Йухч ввёл новый обычай, сегодня по радио извещали, что президента США встретят залпами из орудий в знак особого почёта. Барин приехал, холопы его пушечной стрельбой встречают. Ты как будто бы исторических книжек про времена крепостного права не читал! Пойдём лучше в подземный переход кофейку попьём.
В «Трубе», как называли киевляне огромный запутанный подземный переход под Майданом, располагалось несколько заведений быстрого питания, и Беда с Киевской выбрали «Швыдко», оформленное «по мотивам» Макдональдса, но с присутствием национального колорита. В зале ресторанчика висели экраны телевизоров, транслировавших в прямом эфире встречу Йухченко, сопровождаемого высшими должностными лицами государства, с американской официальной делегацией. И Кольке бросилось в глаза осунувшееся, посеревшее лицо Лизы Гандо, огромные чёрные глазищи которой беспокойно бегали по обстановке шикарного кабинета украинского президента.
Но «пятый анал», быстро завершил трансляцию и пустил в эфир новостной блок, поэтому убедиться в том, что ему не померещилось, гость из Москвы так и не успел.
Цыпа вырядилась в Братиславу, словно не на саммит НАТО собиралась, а на Тверскую подзаработать: высоченная шпилька, кофточка с декольте до пупка, из которой всё время норовили вывалиться её впечатляющие груди, мини юбка, едва прикрывающая трусики. И хотя официально она входила в состав свиты Пердюкова, в Элку мёртвой хваткой вцепился Виктор Афонович, каждые десять секунд пытаясь заглянуть ей за пазуху. Но его специально изготовленные для того, чтобы казаться выше ростом, ботинки на пятисантиметровой платформе откровенно проигрывали элкиному двенадцатисантиметровому каблуку. Впрочем, за стол официальных переговоров под телекамеры Цыпу он не потащил, опасаясь неприятностей со стороны Снежаны, и Цыплаковская переместилась в хвост делегации, оказавшись рядом с Бедой. Перехватив взгляд непосредственного начальника, она тихонько прошипела ему: