— Извини, браток. День у меня тяжёлый был. И не переживай, никуда я не влечу: мне во-о-он в тот двор свернуть, и я дома…

Перерыв, объявленный на саммите, затягивался. Главы зарубежных государств, прибывшие в Москву для того, чтобы «по воле российского народа» объявить Виктора Афоновича Хомячкова избранным на второй срок, негромко переговариваясь друг с другом, ждали вестей с московских площадей. Ведущие СМИ их государств целый день вбивали в головы населения информацию о массовых, невиданных по объёму нарушениях, допущенных в ходе голосования в России стороннмками Вадима Пердюкова, о миллионах россиян, собирающихся выйти протестовать против фальсификаций после закрытия избирательных участков. Расчётное время близилось к концу, и с минуты на минуты в зале ждали известий о перерастании митингов протеста в бунт против «кагэбистстских недобитков, узурпировавших власть».

Транслировавшиеся на большой телевизионный экран известия Центризбиркома начинали тревожить высоких гостей. Главный соперник хозяина саммита, полковник ФСБ Вадим Пердюков, уверенно выходил победителем, набирая около 60% голосов. Хомячков сам с ужасом смотрел на цифры, уговаривая себя: «Это фальсификации. Всё это — всего лишь фальсификации. Как только начнут приходить сведения из крупных городов, всё изменится». Но время шло, а отставание хозяина Кремля от лидера только увеличивалось, разрыв превышал уже 40%. И, как назло, не было ни одного известия от лидеров оппозиции, которые уже должны были вести людей на штурм зданий.

От взгляда Виктора Афоновича не ускользнуло, как в дверь зала прошмыгнул человек из окружения Бардака о’БАМа и принялся что-то взволнованно шептать на ухо американскому президенту. Сидевшая рядом Лиза Гандо обменялась со своим президентом несколькими фразами, и «Боря из Алабамы» включил свой микрофон.

— Господа, неотложные дела американского государства требуют от меня немедленного отлёта в Вашингтон. Я прошу прощения у собравшихся коллег и, в первую очередь, у хозяина, господина Хомячкова.

На выходе американская делегация столкнулась с целой вереницей посланцев, рвущихся к другим президентам и премьер-министрам. Те вначале тоже извинялись, ссылаясь на неотложные проблемы, а потом просто толпой ломанулись на выход, создав в дверях настоящую давку.

— Господа, а как же я? Почему вы меня все оставляете? А как же объявление меня избранным на второй срок? — растерянно развёл руками Виктор Афонович. — И вообще, что случилось?

Но его вопросы так и остались безответными. В конце концов, Хомячков, оставшийся в зале заседаний один, набрал по мобильному номер лидера «белоленточной оппозиции» Лёши Нахального. В трубке немедленно послышался голос Бори Фрицева, заглушающий писклявое блеяние блоггера: