«Да что это за штуки под предплечьями? Почти как автоматический огнестрел, но…»
В деревянный наголенник рядом с уже торчащей там стрелкой вонзается только одна новая, вторая летит мимо. Однако две стрелки — это предел, левый наголенник больше не защищён магией, далёкой от гномьих стандартов качества. Мгновением позже и почти одновременно:
вторая Болотная Нага кусает Щерку — но та словно вовсе не замечает этого, она стреляет;
едва успевший среагировать, занятый управлением призывами и потому медлительный, Хантер только и может, что прикрыть левую голень правой… вовремя: сдвоенный стук стрелок возвещает, что теперь и правая нога лишилась артефактной защиты;
средний меч в руке Башки виляет, отклонённый магической защитой, но всё-таки пускает кровь здоровяку с топором. К сожалению, Чалке добиться того же не удаётся;
здоровяк, приподняв левую, укушенную, ногу применяет какой-то атакующий приём — во всяком случае, удар так стремителен, что Хантер не успевает различить его. Но отлично видит, как Кулак (да-да, Кулак, со всей его массой!) отрывается от земли и улетает спиной вперёд… чужое оружие удержать ему не удаётся, да оно и понятно: с раненой рукой, чуть уступая в ранге, а тем самым и в силе, после сокрушительной вражеской атаки…
Следующее мгновение тоже вмещает множество событий:
четвёртый сдвоенный выстрел Щерки, один снова мимо, но попавший раскалывает правый наголенник — и короткая стрелка впивается в плоть по самое оперение;
топор мелькает в неотвратимом и точном ударе, рассекая первую змею надвое — получив критический урон, призванная тварь исчезает;
отбросивисчезновение , проявляется за спиной у Щерки Шак. Левая рука алурины вжимает все четыре когтя в плоть, накрывая ладонью две трети чужого лица; правая медленно, уже почти продавив магический щит, вдвигает в район шеи кривой нож… разумеется, заранее и обильно смазанный зельем Средней Боли.
Хантер наполовину садится, наполовину падает на пол. Всё его внимание занимают свои же руки, спешно затягивающие верхний из ремней наголенника — сильно, до боли, чтобы надёжно перекрыть кровоток. Но он слышит строенный вопль.
— Нагхаас!!! — шипит совершенно по-кошачьи Шак.
— Сссхххххааааааа! — нечленораздельно орёт Щерка.
— Сдохни! — от всего сердца желает Башка. — Сдохни, сдохни, сдохни!
В глазах у Мийола темнеет.
«Я же затянул ремень! Яд не должен был…»
Шум в ушах. Грохот сердца, отдающийся во всём теле, внезапно горячем и ватном.
«Я же не… я…»
Темнота побеждает окончательно.
Хантер 6: последствия геройства
«Могло быть хуже».
Фраза «универсального утешителя номер один» по версии Ригара прозвучала… на редкость неубедительно. Мийол прошептал вслух: