— Значит, точное число пришедших неизвестно?
— Точное — нет. Но по грубой оценке нагхаас низкой касты не могло быть меньше четырёх. И вряд ли больше восьми.
— Шесть, — шепнула Сираму себе под нос. — Одна ладонь, шестёрка вместе с командиром… так, — повысив голос до нормы, сказала она, — благодарю вас за своевременное предупреждение. Обоих. И должна задать один вопрос. Каковы твои дальнейшие планы, Хантер?
— Я собирался немного отдохнуть, но с учётом последних событий… полагаю, ты хочешь поручить мне какое-то дело?
— Да. В моём распоряжении только один гонец, и этот гонец отправится в Лагор. Но…
«Ещё неизвестно, сумеет ли он добраться, — закончил Мийол за неё. — Ведь у нагхаас много ладоней и под облака они выбираются свободно, особенно когда змееногие прикажут».
— Если даже сумеет… — продолжила Сираму. Дёрнула углом рта. — К счастью, рядом есть пара сил, более… заинтересованных в том, чтобы отбросить нагхаас от Лагеря подальше.
— Ирришаах и Сорок Пятый Гранит, — понимающе кивнул Хантер. — Хочешь, чтобы я туда сходил и доставил тревожные вести?
— Люблю догадливых.
— Тогда я возвращаюсь в «Приют Утомлённых» и жду официальных писем к алуринам и гномам, заверенных твоей печатью. А по их получении незамедлительно выдвинусь в путь.
— Раз так, пойду писать эти письма. И… готовить щедрую награду. Я могу быть… очень… щедрой с героем-спасителем, — сладко улыбнулась Сираму.
— Рад слышать. А теперь…
— А теперь мы тебя покинем, — перебила Кавилла. — Как говорится, в гостях хорошо, а дома кормят вкуснее.
Засим, сцапав Хантера за рукав, ведьма уволокла его прочь. Вослед им нёсся тихий низкий смех Ока Лагора. Не совсем искренний.
Хантер 8: первая команда
— Кстати, я раньше как-то не задумывался, но… сколько тебе лет?
— А зачем тебе? — насторожилась Шак.
— Мне повторить про любопытство магов? — хмыкнул Хантер. — Кстати, не думай, что я забыл тему нагхаас. Раз уж ты сделала свой выбор, можешь считать рассказ про них частью вступительного взноса. Но это потом, по пути. А сейчас… возраст.
Алурина дёрнула левым ухом.
«Поначалу за экзотичностью её облика всё остальное выделялось с трудом. Но стоило чуть приглядеться, и… девчонка девчонкой. Ну, мохнатая. Ну, клыкастая. Ну, зрачки вертикальные и уши подвижные. Что с того? Вдобавоксвязанность помогает правильно понимать её жесты…»
— Люди вроде не считают приличным спрашивать о возрасте, если… — Шак покрутила в воздухе четырёхпалой кистью.
— Во-первых, ты не человек. Я не говорю: «хуже», не говорю: «лучше». Но ты — не девица моего вида, и это вещь, с которой спорить глупо. Во-вторых, даже среди девушек и женщин людей вопрос о возрасте становится неприличным лишь с годами. Чем дальше от молодости, тем менее приличен интерес. И то есть исключения. Например, целительницы иногдапреувеличивают свой возраст — потому что выглядеть вдвое моложе с их специализацией может лишь истинно умелая особа, втрое моложе — истинно умелая и сильная, а обратить старение тела вспять способны не все мастерицы магии. Что до тебя… давай обмен. Ты скажешь мне про свой возраст, а я — про свой.