Мийол, в отличие от приёмного отца, не ремесленник. Но он маг — и много раз мастерил с помощью этих и других заклинаний разные поделки, как для собственного пользования, так и в качестве подарков. Из-под его руки выходили простые свистелки и настоящие многоствольные флейты, гладкие безо всякого дополнительного шлифования ложки-лопаточки-мешалки для кухни, куклы на шарнирах для сестрицы. Улучшенные щипцы для колки орехов (больше похожие на маленький пресс — и Мийол, надо заметить, всерьёз гордился этой штуковиной). Игрушечные лодочки, чтобы детворе было что пускать вдоль Жабьей речки, кроме простых щепок да палок. Копьеметалки с дротиками к ним — тоже баловство, само собой. Против магических зверей с таким, с позволения сказать, оружием не выйдешь, но потренировать глазомер и набить руку… да и на обычное зверьё поохотиться…

Ригар не то, что не запрещал — он открыто поощрял визиты своих детей в мастерскую и старательные попытки повторить какое-нибудь из его разнообразных изделий. Он даже попытки выдумать что-нибудь этакое, небывалое, поощрял! Правда, успех вроде изобретения щипцов-пресса случался не часто, обычно эксперименты заканчивались утешительным: «Провальный результат — тоже результат; из неудачи учитель получше, чем из успеха». Причём отец не делал особых различий между Мийолом и Васаре, да и Килиша поначалу пытался приохотить к возне с деревом, кожей и костью. «Умение работать руками ещё никому не повредило», говаривал он.

И похоже, в итоге именно Васаре, вопреки всем неписаным установлениям и невзирая на «неправильный» пол, станет наследницей его мастерской, хранительницей секретов ремесла и в перспективе — самым настоящим артефактором. А вот Килиш, братец наш старший…

Мийол нахмурился и резко выдохнул. Такому способу облегчения души вместо ругани, не всегда уместной, он научился у всё того же Ригара.

«К демонам Килиша. Пусть хоть сдохнет, не запла́чу».

Мысли сменялись воспоминаниями и наоборот, руки же тем временем действовали как будто сами собой. Гнули заготовки, попавшие под действиеВременной Гибкости — так, чтобы в итоге вся конструкция соприкасалась с телом плавно, не грозя насажать синяков выпирающими частями. Скрепляли вырезанные ножом пазыСухой Склейкой , кое-где для пущей надёжности связывая стыки корой ракитника. Позже каркас с помощью всё той же коры был грубовато, но крепко связан в единое целое с овальной корзиной среднего размера — такого, чтоб не выпирала и не слишком мешала пробираться через заросли, если что. Разумеется, эту корзину пришлось предварительно сплести из всё того же ракитника, точнее, из тонких и гибких молодых веток.