Иногда мне даже казалось, что он притворяется, что я ему нравлюсь — его отношение больше напоминало какое-то издевательство. Впрочем, это первый настолько маленький ребёнок, за которого я несу ответственность, но с подростками всегда было проще. Они такие предсказуемые. Что касается предсказуемости Джуна — я точно могу сказать, что он будет ныть и доставать меня, пока не станет достаточно взрослым, чтобы я мог его от себя отцепить. Или дольше.

Когда самолёт приземлился, я с облегчением выдохнул и поспешил выйти — ненавижу полёты. Глупый современный мир. Надо же было додуматься создать воздушный транспорт!

Мой путь не предполагал возвращение в Хигасиагацуму, но я всё равно на этом настоял — всё равно до запланированных встреч ещё две недели. Что мне делать в Токио всё это время, раздражать Кикучи Орочи? Кто-нибудь из семейки наверняка и так в бешенстве, так хоть лучше побуду подальше от них.

Я думал, что хотя бы люди Вяземского решат остаться в столице, но они последовали за мной, пророча единственной гостинице в селе неплохую прибыль.

Самым большим облегчением было оказаться перед воротами своего маленького домика с Джуном и Прохором на буксире. Зачем второй увязался за нами, оставалось только догадываться — вероятно, ему приказали глаз с меня не спускать, зная, как легко и быстро я попадаю в неприятности.

Я был не против — всё равно от него не отделаюсь, и лишний человек никогда не повредит.

Не успел я войти в дом, как меня приметил Акира, мучивший Жирдяя во дворе. Возмездие всё-таки существует — конечно, я мало кому пожелал бы оказаться в руках чересчур шкодливого мальчишки, но кот это заслужил. Раз уж Минори так хочет, чтобы он оставался, ему придётся настрадаться, пока его тягают за хвост.

— Ты! — воскликнул Акира, скинул с рук измученного кота и вскочил на ноги — как обычно, он весь в траве и какой-то грязи. — Ты вернулся!

— Ну а что я должен был сделать? — фыркнул я. — И не так уж и долго меня не было.

— Долго, — отозвался мальчик. Затем заметил Джуна, как обычно заставившего меня тащить его на руках; Акира и не подозревал, что скоро станет его нянькой. Дети с детьми, взрослые со взрослыми — наконец-то в этом доме начнётся эра спокойствия. — Это кто такой? Твой сын?

— Да какой он мне сын? — фыркнул я. — Я не кажусь тебе слишком молодым для этого? Это Джун, мой младший брат. Джун, это Акира. Ну, делайте то, что делают дети, давайте.

Я заставил Джуна отпустить меня и поставил его на землю, подталкивая к соседскому мальчишке.

— Они что, домашние животные? — фыркнул Прохор. Тихо, но недостаточно, чтобы я его не услышал.