Единственный напиток, который я мог потреблять здесь, в стране фейри. Остальные, кроме разве что воды, были просто-напросто чересчур крепкими. Настолько, что уже от одного глотка наступало жуткое опьянение. Подозреваю, когда мой срок службы Сантой истечет, я еще долго не смогу смотреть на молочные продукты. Пока же это единственное, что мне оставалось.

– Спасибо, – приняв подношение, с благодарной улыбкой отозвалась Лина.

– Можно я что-то скажу? Ты только не обижайся, хорошо? – спросил, до конца не будучи уверенным, стоило ли вообще поднимать сию тему.

С другой стороны, это было как раз то, что наверняка не давало девушке покоя. А потому, возможно, стоило проговорить. Может, тогда ей станет чуточку легче.

– Давай.

– Не то чтобы я был согласен с твоим папой совершенно во всем. Но кое в чем он прав: каждое свободное существо имеет право выбора.

– А еще ответственность за тех, кому небезразлично. Мама пренебрегла своей, когда его сделала.

– А ты разве не поступила точно так же, только что прогнав отца? – парировал.

А уже в следующий миг, стоило увидеть в глазах собеседницы слезы, пожалел о своих словах.

– Ой, нет, нет, нет! Лина, прости меня. Не хотел. Честное слово. Только не плачь, пожалуйста, – затараторил, не зная, что еще сделать, чтобы все исправить.

Когда же и это не помогло, не придумал ничего другого, кроме как подхватить эльфийку на руки и, плотнее укутав ее в плед, усадить себе на колени.

– Я идиот. Не слушай меня. Вырос сиротой. А теперь еще пытаюсь рассуждать о том, о чем не имею ни малейшего понятия.

– Почему?

– Что почему?

– Почему люди бросают своих детей?

А вот это был уже непростой вопрос. Во всяком случае, для меня. Радовало одно: Лина больше не плакала. Видимо, ее и правда интересовало то, о чем она теперь спрашивала. Мне все же удалось ее отвлечь. И это хорошо.

– На то существует множество разных причин… – начал, но в последний момент передумал. – Я сейчас не буду перечислять их все. Просто поверь мне на слово. То, на что решилась твоя мама, подарив тебе жизнь, осмелится сделать далеко не каждая женщина. И твой отец ее не отпускал. Скорее, наоборот. Да, он принял ее выбор. Но лишь потому, что прекрасно понимал: если откажется, она найдет другого, того, кто согласится. Лина, тебе, наверное, странно сейчас будет услышать от меня подобное. Все же я Санта, который призван дарить людям волшебство. Но в жизни так мало историй, где все остаются живы, здоровы, счастливы и живут вечно, что порой простая сказка, даже пусть она продлится недолго, – уже наивысшее благо. Твой папа был счастлив с мамой. И стал еще счастливее, когда на свет появилась ты. Уверен, его любимая нимфа тоже. Ты стала для них обоих смыслом жизни и той, за которую эту жизнь не жалко отдать. Цени их дар, а не кори себя за него. Мне кажется, твоя мама хотела бы именно этого. К тому же, насколько мне известно, нимфы не умирают так, как люди. Они продолжают жить в растениях и цветах там, где нашли свой покой. Поэтому ты зря ее оплакиваешь. Она жива. Просто больше не может быть с тобой в том облике, к которому ты привыкла.