— Больше ни шага, господа, иначе я прикажу стрелять!

Но Ягрр Фру и не думал подчиняться его приказам.

— Стрелять в нас⁈ — спросил он громко. — Да вы с ума сошли, офицер! Для вас это будет прямой дорогой на виселицу, где болтаться вы будете долго и счастливо, пока крысы не обгрызут ваши трупы до костей…

Говорил он очень уверено, заставив тем самым офицера стражи немного растеряться. Тот замялся на несколько драгоценных мгновений, в течение которых Ягрр Фру успел приблизиться к нему на расстояние атаки.

— Назовите свое имя! — наконец потребовал офицер.

Увидев бешенный взгляд горящих глаз, он вскинул саблю. Но было уже поздно. Ягрр Фру коротко ударил мечом, и офицер, хватаясь за перерубленное горло, упал на колени. А Ягрр Фру уже потерял к нему всякий интерес. Стремительно развернувшись, он успел отбить в сторону мелькнувшую арбалетную стрелу и бросился на одного из стражников.

Вш-ш-ших! Топор алебарды метнулся у него перед лицом, он уклонился, а в следующее мгновение свистнул меч, и голова стражника упала на песок, беззвучно шевеля ртом. Между тем Стафф Ван и Джал уже расправились с арбалетчиками и принялись за остальных.

Солдаты есть солдаты — они не желали отдавать свою жизнь задаром, и с ними пришлось повозиться. Впрочем, всего пару минут, не больше. И когда на песке остались лишь изрубленные трупы, Ягрр Фру подошел к пленникам и остановился у самого старшего из них — мужчины лет пятидесяти, с головой лысой настолько, что лунный свет, отражаясь в ней, резал глаза. Зато борода у него была богатой — густой, кучерявой, достающей ему почти до пояса. В Прибрежной Ойкумене такие носить было не принято, и человек этот явно прибыл сюда из земель далеких, заморских.

— Эй, уважаемый! — позвал его Ягрр Фру. — Очень надеюсь, что это вы капитан вон той посудины… — он мотнул головой в сторону моря. — В противном случае выйдет очень неловко, ведь тогда я напрасно убил всех этих милых сапиенсов…

Он обвел рукой трупы на берегу. Лысый бородач глянул на него из-под густых бровей и коротко кивнул.

— Вы совершенно правы, мастер, — сказал он. — Я капитан «Гриззы» уже без малого десять лет, и обидно будет если эта линия вдруг прервется. Мое имя Тригли, и сегодня слишком хорошая ночь, чтобы отдать свою душу Единому Разуму…

Ягрр Фру коротко хохотнул.

— Шутник? — спросил он. Ответ его, впрочем, не интересовал. — Люблю шутников. С ними всегда приятно пообщаться, даже если потом придется перерезать глотку…

Он присел перед капитаном на корточки.

— Но мы же с вами не хотим, капитан, чтобы наше знакомство закончилось столь печальным образом?