А на левом берегу этой реки, на изгибе третей излучины, они увидели факторию. Несомненно, это была Чи-Бадойя, да и что еще это могло быть? Крупное поселение, обнесенное высоким частоколом, невозможно было не заметить, и отсюда, с самого края «чаши», оно казалась каким-то игрушечным. Игрушечные стены, выстроенные в форме неправильного пятиугольника, игрушечные башни по углам, а внутри, за стенами, в беспорядке насыпано множество игрушечных домиков, крыши которых были окрашены во все цвета радуги.
— Дошли! — облегченно выдохнул Кэндер Фогг, тронув свою лошадь с места.
— Пока нет, — возразила Ру, двинувшись следом за ним.
Неподалеку, у огромного одинокого дерева, раскинувшего по сторонам кривые ветви с обильной листвой, паслась небольшое стадо динозавров. А далеко-далеко, за «чашей» долины, и даже за голубой дымкой на самом горизонте, мерцала и истекала цветными каплями пелена Разлома…
Глава 15
Дядя Джоун был сильно раздражен. Внешне он старался это никак не выдавать, но Лауна Альва знала: если он начинает говорить негромко, почти вкрадчиво, а на виске рядом с бровью у него надувается синяя венка — это верный признак того, что он зол, как десять цепных псов егеря Про-Вакса, что жил в самом конце улицы Одуванчиков в Гвантале Горной. Местные мальчишки по выходным дням бегали туда их дразнить и даже визжали от восторга, когда эти псы с лаем и воем буквально рвались с цепей, в страстном желании наказать своих обидчиков, сидящих в безопасности на высоком заборе.
Конечно, дядя Джоун — не цепной пес егеря Про-Вакса, и даже не его охотничий сципионикс, который признавал только самого Про-Вакса, а всех же остальных стремился разорвать в клочья, но и он сейчас бы с удовольствием завыл от злости.
— Как тебе только такая мысль в голову пришла⁈ — спрашивал он сквозь зубы, взирая на племянницу немигающим очень пронзительным взглядом. — Кто тебя только надоумил на это⁈
И почему-то посмотрел на Аларису. Та сразу же замахала руками и замотала головой.
— Это не я, Джоуни! Я тут не причем, она сама все придумала!
Лауна Альва потупила взгляд.
— Да, я все это придумала сама… — признала она.
А потом подняла голову и заявила:
— Но если бы можно было начать все сначала, я бы поступила точно так же! Потому что отныне я собираюсь управлять своей жизнь только сама, а не жить так, как мне велят маменька с папенькой или любимый дядюшка!
Упоминание «любимого дядюшки», который и сам был всего на несколько лет старше самой племянницы, заставило Джоуна усмехнуться. Его широченные напряженные плечи сразу же расслабились, опустились, и он махнул рукой.