— Что ж, а я всё гадал, кого ты мне напоминаешь? И только теперь понял… — Князь впервые улыбнулся за время нашей беседы. — Ярослава. Ты очень похож на отца.

— Спасибо. — Я коротко кивнул в знак признательности. — Но мне говорили, что я — копия матери. Что теперь?

— А теперь, Глеб… Теперь я тебя награжу. — Усмехнулся Шинский и встал из-за стола.

* * *

Олег Павлович стоял на балконе своего особняка, потягивал ароматный кофе и смотрел, как вдаль уносится его роскошный автомобиль. Небо на горизонте вспенилось черными тучами, но солнце еще стояло в зените, поливая пожелтевшие кроны деревьев скупым светом.

«Ярослав… Ты можешь гордиться своим сыном», — с этими мыслями Шинский посмотрел на небеса и улыбнулся. Он и подумать не мог, что из Долгоруких кто-то выживет. Тот день он помнил достаточно ясно, чтобы сжать кулаки от злости.

В тот день от неизвестной и стремительной лихорадки умерла его жена. Она дружила с матерью Глеба и призывала к решительным действиям против двух Великих домов, но Олег Павлович тогда струсил: он не хотел рисковать своими родными и репутацией. Но его супруга, его светлый лучик часто вставляла палки в колеса Нарышкиным и Голицыным. Князь был уверен, что она умерла не своей смертью. Ей помогли. В тот роковой день свет в её глазах угас навсегда. Как и угасли жизни Долгоруких.

Автомобиль уже скрылся за горизонтом, а Шинский, погруженный в недобрые думы, продолжал меланхолично смотреть в даль.

Он решительно не понимал, как мальчишка смог выдержать удар дланью императора… Защитные артефакты от этого заклинания в природе существовали, но их было немного, они обладали значимостью стратегических ресурсов и хранились строго в императорской казне. К тому же, после их применения всегда оставался шлейф особенной магии, а тут… Сыновья сказали, что ничего такого они не обнаружили. Глеб был полон загадок и разгадать их очень хотелось, но в память о жене и дружбе с Долгорукими, князь не станет вмешиваться в дела парня. Они прекрасно побеседовали, находясь в родовой казне. Шинский разрешил выбрать Глебу любой понравившийся артефакт и подарил ему золотой пропуск во все свои рестораны. Надо было видеть глаза парня. Он буквально чуть ли не расплакался, прижимая к груди золотую карту с гравировкой родового герба, а вот артефакт схватил первый попавшийся. Странный юноша… Но что ещё удивило Шинского, так это просьба молодого человека. Юноша хотел получить доступ к его лаборатории. Он не просил секретных разработок и рецептов. Ему нужны были только ингредиенты и инструменты. Князь дал добро посещать лабораторию каждое воскресенье, но только с целью личного пользования. Также они подписали бумаги о том, что новые рецепты, придуманные парнем, становятся общей собственностью. Разговор выдался продуктивным, и они определили границы будущего сотрудничества… Это не был ещё союзнический пакт, но что-то очень близкое к этому.