— Ну да, — согласился Виталий, помогая Нику подняться, — облом с баней вышел. Ну ты-то со мной пойдешь?

— Конечно, — кивнул Михаил, подхватывая Ника с другой стороны. — Я что, дурак, чтоль к Мельникову в гости не зайти.

— Ну тогда доведем американца и сразу на метеостанцию?

— И оставить суперов без присмотра?

— Да что с ними в лагере-то случится?

— Тоже верно… А эта?

— Забыл с кем она в палатке живет?

— Ну да, ну да… Ладно, айда к Мельникову! Только сначала приберемся.

— Само собой, братка, само собой!

— И это, давай америкоса до склона сначала довёдем, чтобы поссал. Не дай Бог обоссытся ночью или мочевой лопнет.

— Это точно… Слышь, Ник, пойдем сначала вон до тех камней дойдем.

Ник слышал беседу гидов, но не понимал ни слова. Окружающий мир начал дрожать, а от двуглавой горы пошла настолько сильная вибрация, что у парня зачесалась переносица.

Облегчившись, он хотел было поблагодарить этих русских, которые запросто могли бы подшутить над «американишкой», но не сделали этого. Вот только за что он хотел их поблагодарить, Ник, как ни старался, вспомнить не мог.

— Спасибо…

— Разденешься или помочь? — перед взглядом появилось расплывающееся лицо Виталия. — Ууу, дружище, ну и накрыло же тебя…

— Делай что должно и будь, что будет, — пробормотал Ник, стремясь донести до Виталия очень важную информацию. — Цени каждый миг. Делай что любишь и люби, что делаешь!

— Чего он бормочет?

— Бредит…

— Стельки достань у него из ботинок и под нателку ему засунь, пока спит — на себе высушит.

— Может мне ему еще носки снять, постирать и погладить?

— Да не ворчи, Мих…

— Слушай, а кошака тоже в палатке закроем?

— Ну молнию до конца не застегивай, захочет выйти, мордой раскроет.

— Не замерзнут?

— Да не должны…

Последнее, что запомнил Ник перед тем как провалиться в сон, как он скидывает ботинки и комок, засовывает мокрые стельки себе под нателку и залезает в прохладный спальник. Удивительно, но он думал не Вике и не о горах, которые, как ему казалось, хотят ему что-то сказать, а об обычном для любого русского человека продукте.

«Сгущенка — это тема!»

* * *

—ММММММММММММ!

Ник открыл глаза, будто бы и не спал.

Он не знал, сколько времени прошло, но хорошо помнил, как оказался в своей палатке. Мысленно поблагодарив русских гидов, Ник расстегнул спальник и принял сидячее положение.

Поежившись от прохладного воздуха, проникающего в палатку сквозь расстёгнутую молнию, он почесал грудь, где что-то мешалось. Этим что-то оказались высохшие за время сна стельки. Он достал из ботинок набитую в них туалетную бумагу и сунул стельки на их законное место.