Комендант базы Кирк Маклахлен был шокирован поведением недавно чипированных нижних чинов. За всю свою долгую карьеру мистер Маклахлен впервые попал в ситуацию, когда его приказы не только не выполнялись, но и в принципе не могли быть выполнены. Ведь весь персонал базы ночью сначала просто спал, кроме тройки дежурных офицеров. Причем уснули и солдаты караульной службы на боевом посту, да так крепко, что никакой возможности их разбудить не представилось. Ночь была спокойная, подозрительного шевеления около базы не было, поэтому дежурные офицеры решили не выносить сор из избы, а просто разоружили караульных, оставив солдат досыпать на месте, где их застал Морфеюшка. Затем утром на побудку встали только офицеры, а матросы и старшины продолжали спать, как ни в чем не бывало. Назревал скандал, поскольку приказ об отплытии подводного ракетоносца никто не отменял, а отдать швартовы и занять свои места было просто некому. Капитан рвал и метал, требуя медицинского освидетельствования своего экипажа, но как это можно было сделать, если вся медслужба также дружно не смогла проснуться?

Коменданту оставалось всего полгода до выхода на заслуженную пенсию, и он надеялся, что оставшееся время до окончания службы пройдет без происшествий. Поэтому он в сопровождении офицера караульной службы лейтенанта Хэмпшира делал самоличный обход территории, чтобы ответить на два извечных вопроса: «Кто виноват?» и «Что делать?»

— Лейтенант, как вы думаете, что случилось с персоналом базы? — спросил подчиненного комендант, осматривая двух уснувших на своем рабочем месте дежурных врачей. Один из уснувших был чернокожим здоровенным медбратом, он лежал на кушетке. Второй мирно посапывающий в кресле субъект был светлокожим врачом. Габариты его были поменьше, но он также был крепышом, поскольку поддержание спортивной формы на военно–морской базе касалось всех.

— Мистер Маклахлен, сэр! Не могу знать, сэр! — подчиненный вытаращил глаза и прокричал своему начальнику прямо в ухо. Лейтенант служил не первый год и давно уяснил старинную солдатскую мудрость: «иметь пред лицом начальствующим вид лихой и придурковатый». Тем более что идей и, правда, не было.

Комендант поморщился и обнюхал врачей. — Запаха спирта нет, лекарства нигде не разбросаны, никаким газом не пахнет. Нет, я решительно не понимаю в чем дело, — пробормотал про себя начальник базы, опасаясь еще раз спросить мнение своего подчиненного.

Вдруг сначала один, а затем и второй врачи вздрогнули и открыли глаза. Они очумело начали моргать, смотря перед собой.