Ну что ж, похоже, мы тут на крупный клад наткнулись.

— Сильвер, ты где золотую монету-то нашел? — с ленцой вопросил я, глядя на этого хвостатого охотника за сокровищами.

Он затрещал, словно рассмеялся.

— Под скалой, — ответил он без тени сомнений.

— Памела, пошли глянем.

Мы вышли на каменистый пляж. Пляж был весь в камнях, а над ним нависал утёс метров на двадцать. Волны тут были не из робких — как бы не снесло. Вот почему тут никого не было, кроме нас.

Мы с Памелой держались за руки, осторожные, как коты на льду. А Сильвер с Голдом скакали по камням, как будто тут ровный тротуар. Вдруг Сильвер что-то вынюхал, нырнул в воду, а через мгновение уже подбежал ко мне, кинув золотую монету прямо в руки.

— Ну ты молодец, — сказал я, обмениваясь с Памелой радостными взглядами. Мы деньги-то всегда любили. Кто не любит? Тем более, когда они сами тебе в руки прыгают. И сейчас они нам нужны, как воздух.

Я похлопал Сильвера по макушке, как своего главного добытчика.

— Ну чё, есть ещё?

— Хозяин, там внизу их куча, — отрапортовал он с гордостью.

— Он говорит, там монет много, — перевёл я для Памелы.

— Осторожнее там. Волны огромные.

Она не могла помочь, так что просто предупредила и отошла. А мы с Сильвером пошли в воду. Оказалось, там и правда золотых монет немало. Вода принесла их течением, да так красиво раскидала.

Мы нашли около дюжины монет, но чувствовалось, что под илом ещё есть. Только вот их без снаряжения не достать. Пришлось возвращаться на берег.

Я раскинул руки, показывая находку Памеле.

— Гляди, Памела.

— Твой друг говорил, что за каждую такую монету дадут по пять миллионов?

— Примерно так.

— Значит, если продадим, хватит на дом?

— И ещё на машину тебе.

Честно говоря, машина у Памелы была та ещё развалина. Она купила её за пару сотен тысяч после колледжа и ездила на ней больше десяти лет. Жалкое корыто, если честно.

— Тут шестнадцать монет. Хочешь оставить одну на память? — я прищурился, поддразнивая её.

— Нет, всё продай, — отрезала Памела, нервничая, что монеты могут быть проклятыми.

* * *

Во второй половине дня я собрал все монеты и направился к Армену. Он эксперт по антиквариату.

— Армен, вот те самые монеты, что я показывал. Глянь, пожалуйста.

— Сейчас, секундочку.

Он сразу принялся за дело — достал белые перчатки, лупу и пинцет. Некоторые монеты были ржавыми.

Я посмотрел на монеты и прикинул, что их плохое состояние может неплохо ударить по цене. Они выглядели так, будто их лепили в каком-то подпольном подвале — грубые, словно кто-то топором рубил. Ни единого намёка на ту точность, с которой сейчас чеканят монеты. Эти были старыми и угловатыми, как пара кирзовых сапог.